Неожиданное и одномоментное нападение дезориентировало армию, сеяло панические настроения. А вслед за этим начиналось полномасштабное наступление. Армия режима отступала под натиском повстанцев, попадала в «котлы», рассеивалась по пустыне, бежала или уничтожалась. Какого-нибудь серьёзного сопротивления она оказать не могла.
Всё это напоминало первые недели той страшной, прошедшей большой войны, когда наступающие армии вермахта сокрушали «непобедимую и легендарную», неся при этом минимальные потери.
Только там было куда пятиться и разгромленная Красная армия, отступая, спрессовываясь и замедляя бег, упёрлась спиной в одну пятую суши и, сжав пружину поражения до предела, распрямилась и отбросила ворога вспять…
А здесь отступать было некуда. Немногие боеспособные части оттеснялись к столице, где попадали в кольцо, из которого уже не было выхода. Они могли сопротивляться ещё неделю или месяц, а может, даже больше, но выбраться из западни шансов не имели.
Повстанцы входили в столицу, низвергали правительство и учиняли праздничные гулянья, совмещённые с массовой резней.
— Чем можно объяснить столь скорый разгром?
— Слабостью правительственных войск, недостатком вооружений, внезапностью нападения, отсутствием информации о противнике.
— А если мы будем заранее знать о всех планах наступающей стороны?
Насколько заранее?.. Если за несколько часов, то ничего не изменить. А вот если за пару недель? Тогда другое дело! Тогда в день нападения казармы не будут спать и встретят врага ружейными залпами, а диверсантов можно будет перехватить в чистом поле и уничтожить.
И заранее подготовившись, упредить наступление, ударив по местам сосредоточения войск противника из всех стволов, смешав личный состав с землёй. В их варианте — с песком.
Или можно на направлении главного удара сконцентрировать войска и встретить противника во всеоружии, подпустив и расстреляв на короткой дистанции с подготовленных позиций.
Или обойти и ударить с флангов, отсекая от баз снабжения.
Много чего можно сделать, когда знаешь, что в голове у врага и на его оперативных картах. И вся картина войны меняется.
— Сколько материальных ресурсов может потребоваться для организации обороны и последующей ликвидации мятежной группировки?"
"Ох много! Современная артиллерия работает как та швейная машинка «Зингер», расходуя десятки снарядов в минуту.
