В тот же день 11-го марта вот что произошло в лейб-гвардии Семеновском полку.
Командир полка Л. И. Депрерадович приказал одному из батальонных адъютантов, молодому прапорщику 16-17 лет, явиться к нему после развода. Юный семеновец приезжает от военного губернатора прямо к командиру полка.
– У тебя есть карета? – спрашивает командир.
– Есть, ваше превосходительство.
– Где ты сегодня обедаешь?
– У тетки (такой-то).
– Ты не отпустишь кареты домой или куда в другое место?
– Нет, ваше превосходительство, а впрочем, как прикажете.
– Нет, этого не надобно, тем лучше. Поди сейчас к казначею и прими от него ящик с патронами; он такой величины, что уместится в карете под сиденьем. Возьми эти патроны и уложи их осторожно; храни их целый день; да смотри же, не отпускай карету никуда, а вечером, часов в 9, приезжай ко мне в той же карете и с патронами.
– Слушаю, – отвечал молодой человек, а сам стоял как остолбенелый и смотрел своему генералу в глаза.
– Ну, больше ничего – ступай и будь скромен; у нас сегодня будет новый император.
Юноша отправился с радостью в сердце и был уверен, что все его товарищи встретят эту новость с восторгом. Но он умел сохранить тайну даже от своих кузин; с товарищами он в этот день не виделся. В 9 часов вечера адъютант приезжает к своему генералу, и тот ему говорит: «Поди на полковой двор, там собран батальон в строю; обойди по шеренгам и раздай патроны сам каждому солдату по свертку в руку, как они приготовлены».
Адъютант исполнил приказание, и после того спустя часа полтора пришел на полковой двор Депрерадович и, обойдя батальон по шеренгам, стал посередине и, самым тихим образом скомандовал: «Смирно! Заряжай ружья патронами».
Во время заряжания он беспрестанно повторял: «Тише, тише, как можно тише!» Наконец спросил: «Все ли готово?» – потом также весьма тихо скомандовал: «По отделениям направо, марш!» Офицеры тише нежели вполголоса командовали: «Тише», а генерал так же тихо: «Марш!» Батальон направился к Михайловскому замку, идя сколь возможно медленнее, без всякого шума и разговоров.
Офицеры соблюдали молчание и рядовым приказывали то же.
В Преображенском полку делались такие же приготовления, но не так медленно.
Несмотря, однако, на большую гласность заговора, немногие гвардейские офицеры были приглашены к содействию. Преображенский батальон выведен был только с шестью офицерами; в Семеновском было около того же числа, и из них некоторые были приглашены почти в самую минуту действия.
