— Откуда же ты знаешь, что творится со мной?
— Логика, — ответил он, — и ещё: то, что я не носитель, не значит, что я не видал несущих его в себе.
— И кто это был?
— Лигейя.
Он отвернулся, пряча от меня лицо.
— Мне незнакомо это имя. То есть вампир с таким именем незнаком.
— Это не имеет значения, поскольку она мертва.
Я тронула его за лицо:
— Как это было?
Он посмотрел мне в глаза, но лицо его было отстранённым, как бывает у по-настоящему старых, когда они хотят не показать своих мыслей.
— Её убила Бёлль Морт.
— Откуда у меня такое чувство, что я должна извиниться за вопрос?
Он улыбнулся едва-едва заметно.
— Потому что ты не бесчувственна.
Этот ответ дал мне понять, что смерть Лигейи значит для него куда больше, чем любая другая жестокая смерть. Она что-то для него значила, и это совершенно не моё дело.
— Клиенты волнуются, — сказал нам Грэхем.
Он стоял чуть впереди с моей сумкой в руках. Как хороший телохранитель, он предоставил нам уединение.
Я глянула вперёд и увидела, что один из адвокатов нам машет.
Действительно, волнуются.
— Даже если бы я захотела, вряд ли они стали бы ждать, пока мы вернёмся в машину утолить ardeur.
На этот раз он улыбнулся по-настоящему, и мрачность из его глаз исчезла.
— Боюсь, что ты права.
— Тогда соберёмся, сделаем, что должны, а потом, ребята, вы меня отвезёте обратно в клуб.
— Где ждёт твой pomme de sang, — сказал Реквием.
— Да.
Интересно, успею ли я обратно, чтобы посмотреть хоть один танец Натэниела.
Вдруг я увидела его перед зеркалом — он подводил глаза карандашом.
Его рука резко остановилась, и он спросил:
— Анита?
Будто не был уверен.
Реквием уже поддерживал меня под обе руки, иначе я бы рухнула на колени.
— Анита, что случилось?
— Я подумала про своего pomme de sang, и увидела его. Он готовится к выступлению. — Голова кружилась, и когда Реквием прислонил меня к себе, я не возразила. — Общение разумов я уже проходила с Ричардом и Жан-Клодом. И никогда оно так не изматывало.
Реквием поднял меня на руки, и я уже в который раз пожалела, что не надела юбку подлиннее.
Только подумать, чем я сейчас светила на все кладбище. Но стоять я не могла, земля качалась под ногами.
— Жан-Клод — мастер триумвирата с тобой и Ульфриком, а ты — мастер Натэниела и Дамиана. Это твоя сила приводит в действие ваше партнёрство, а на это тоже энергия уходит.
— Уже каждому известно, что у нас троих произошло?
— Нет. Он сказал только Ашеру и мне — из вампиров. Наверное, ещё и своему pomme de sang, Джейсону.
