Лежу под ним, тяжело дыша и уже не могу понять, где заканчиваются мои лыжи, а где начинаются его.
Морозов дышит не менее учащенно, хотя натренированность его организма должна была бы, по идее, нивелировать такую незначительную короткую нагрузку. Даже учитывая выплеск адреналина.
— Кажется, тренировку пора закруглять, — тихо говорит он, не спеша подниматься.
И смотрит прямо на мои губы.
Ой…
— Да, — соглашаюсь почти беззвучно и судорожно сглатываю слюну.
Во рту сухо, как от дикой жары, и это так странно ощущать, ведь вокруг один лишь холодный, очень холодный снег…
Смотрю в яркие синие глаза Морозова, почти не дыша.
Вот сейчас он усмехнется… отведет взгляд в сторону… а потом легко встанет и подаст мне руку…
Горячий жадный поцелуй накрывает мои губы так неожиданно, что глушит мой изумленный ах целиком и полностью. Следом приходит волна ошеломляюще мягкого тепла. Она прокатывается изнутри во все стороны, зарождаясь сразу и в животе… и в сердце…
Настоящий синхронный отклик, когда душе и телу одинаково радостно от происходящего.
— Ника… — шепчет Морозов, чуть отстранившись, и вглядывается в мое лицо. — Не удержался. Не смог удержаться. Такая строгая, невинно-сладкая… Знаешь, ты напоминаешь мне дитя природы. Чистая, как первый снег… самое невозможное существо в моей жизни…
Я завороженно смотрю, как двигаются его губы. Такие четкие. Такие иронично-улыбчивые. И произносят такие красивые слова…
Интересно, а сколько раз он говорил такое же другим девушкам?..
Например, Павлине.
Я тяжело вздыхаю и легонько толкаю широкую грудь Морозова, чтобы встать.
Он позволяет мне это сделать, не спуская глаз и следя за каждым движением. Прямо как огромный белый кот, который только секунду назад мурлыкал, ластился и казался домашним… а затем вдруг оказался диким, хищным и голодным.
— Почему ты так странно смотришь? — взгляд Морозова из затуманенного становится более острым и серьезным. — Если я тебя снова напугал, извини. Илии это из-за твоего Кольки?
Сказать, что я опешила от такого странного вывода, это слишком мягкое выражение.
— А при чем здесь Колька?
Морозов морщится и крайне неохотно поясняет:"
"— Ты встретила его и вспомнила все свои чувства. И всë то плохое, что случилось с твоей первой любовью. Ты девушка, а девушки обычно живут сегодняшним настроением. В моменте. Это я точно знаю.
Мне становится смешно и грустно одновременно.
— Нет, Матвей. Коля не был моей первой любовью. Он был обыкновенной ошибкой, и влюбиться в него я просто не успела.
