Не то чтобы предмет был тяжелым – тяжелым был сам преподаватель.
На экзамен он решительно запустил первых шесть человек. Нинка оказалась в числе первой шестерки и с уверенным лицом человека, знающего все на свете, нахально уселась на первой парте. К моему огромному удивлению, в этой же шестерке оказался и Антон, как-то незаметно для меня пришедший на экзамен.
Последнее, что слышали мы, оставшиеся за дверью, было:
– Что мне нравится в Журавле – а странная у вас фамилия, девушка, глупая, птичья, – так это ее невообразимое нахальство, приправленное очарованием истинной блондинки.
Не боитесь, что я вас на первой парте укушу?
– Совсем с ума сошел Злоба, – покачал кто-то из парней головой, когда дверь закрылась. Ниночку почитали за Ангелочеловека – я уже много раз это говорила.
– Повторять надо, а то «потопит» нас всех с экзаменом, – добавил его друг.
Я, как всегда, не успевшая выучить всех билетов – с большим трудом могла воспроизвести лишь треть из них, прислонилась к стене.
Я жутко волновалась. Во-первых, за Ниночку, которую, кажется, Злоба невзлюбил, во-вторых, за себя, а в-третьих, за Антона. Он пропадал где-то неделю, и, наверное, ничего не учил, а теперь пошел сдавать одним из первых. Он в порядке?
Через два часа из аудитории, вокруг которой мы всей группой вновь сидели на полу, вылетела Алена. Кажется, у нее были красные глаза. Алена – отличница и учится не хуже Нинки, за что та, кстати, ее терпеть не может и обзывает Лысой – за не слишком густые волосы.
– Ален, ты что, плакала? – обступили ее со всех сторон девушки, сочувственно гладя по спине.
– Он… он ужасный! – воскликнула она и убежала прочь.
Как потом рассказала Нинка, вышедшая из аудитории следующей, Алена пала первой жертвой Злобы, и он, поиздевавшись, хотел поставить ей два, но потом передумал и влепил «тройку» в «отличную» зачетку, перечеркнув, тем самым, мечты о красном дипломе.
Сама Журавль получила «хорошо» – на «отлично» наш международник смог вытянуть только сам себя. Или своего клона.
Это был первый раз, когда подружка получала такую отметку, и я уже по ее потемневшим темно-синим глазам видела, как она зла. С кротким видом рассказав одногруппникам о том, как ужасно принимал экзамен Василий Петрович (желающих узнать «ну как там на экзамене?» было очень много), девушка потянула меня в женский туалет.
