Такой сладкий… Внутренним чутьем я понимала, что пройдет много лет, я вернусь к привычной жизни, но никогда не забуду этот поцелуй на краю мира. Самый лучший поцелуй в моей жизни.
Утро вступало в свои права, и пора было возвращаться. Он подхватил меня, и мои руки привычно легли на его шею. С сожалением бросила прощальный взгляд на озеро, понимая, что больше никогда не увижу это место.
– Спасибо тебе за это утро, – произнесла я, заглянув в его прекрасное лицо.
Можно было спросить, почему он принес меня туда или зачем все это, но я не стала ничего выяснять, а лишь еще раз поцеловала его.
Мы целовались, зависнув в воздухе и потеряв счет времени. Считая, что пропадать лишь раз, одной рукой зарылась в его волосы, а потом нежно погладила ухо, изучая его форму. Он застонал, и поцелуй стал глубокий, напористый, бесконечный.
Лишь осознав, что мы падаем камнем вниз, я отстранилась и, посмотрев вниз, закричала, вцепившись в него.
– Тауро… – Черт, не помню. – Тар! – рыкнула я, когда он остановил падение и завис в воздухе.
– Почему с тобой я постоянно падаю? – потребовала ответа я.
Он рассмеялся и поцеловал меня в нос:
– Потому что ты лишаешь меня равновесия.
– А может, кого-то крылья не держат?
– Скорее кто-то соблазняет меня прямо в воздухе, – улыбнулся он. – Как ты меня назвала?
Я смутилась сначала, а потом оставила это дело. В конце концов, это не у меня такое имечко.
– Не могу запомнить твое имя. Язык сломаешь, – призналась я. – Напомни.
У него стало такое забавное выражение лица, как будто он не верил своим ушам.
– Таурониэль.
– Тауровинель? – постаралась я повторить.
– Тауро…
– Давай просто Тар? – примиряющим тоном предложила я, понимая, что вряд ли произнесу его правильно. – В конце концов, ты же мое имя сократил.
– Одним поцелуем не отделаешься! – пригрозили мне.
– Еще и за ушком почесать? – предложила я, дразня его.
– Дерзкая девчонка! – рассмеялся он. Мне понравился его смех. Легкий, искренний, искрящийся, как пузырьки шампанского.
Жаль, что забыться удалось лишь ненадолго.
Приближающееся поместье быстро все расставило по местам и живо напомнило о том, кто он и какая пропасть между нами. Уже на подлете к нему я почувствовала, как Тар напрягся. Приподняв голову, заметила в небе силуэты других ирлингов. Они держались на расстоянии и к нам не приближались.
Нас встречал сам хозяин дома и верльвицы. Пришлось приземляться рядом с ними, а я-то мечтала, что меня доставят обратно на балкон моей комнаты и эта вылазка останется нашей тайной.
