– Рия, не смей! – встряхнул меня он, не давая уплыть. – Открой глаза!
В голосе было столько силы, власти и беспокойства, что они сами собой открылись.
– Умница, – облегченно произнес он. Встав, куда-то меня понес. Мы вышли на балкон. – Девочка, ты будешь жить! – И мы рухнули в пропасть.
Страха не было. Я ждала приближения земли, так как в ней было мое спасение. К сожалению, у самой земли он меня поймал и погасил силу падения.
– Девочка, давай! Ты должна! – настойчиво тормошил меня он. – Выпусти крылья!
Мы снова поднялись и упали.
Я чувствовала себя сломанной куклой, у которой кончился завод. Во время падения мое сознание снова померкло.
– Должен быть выход! – твердил Крон целителю. Глаза горели от недосыпа. Он не мог позволить себе заснуть. Казалось, именно его настойчивость и упрямство раз за разом вырывают из лап тьмы его Кьяри. Страх сжимал сердце. С каждым разом она слабела все больше, и взгляд становился менее осмысленным. Если бы можно было вернуть все назад…
Он глупец! Своими руками все разрушил.
Зачем нужен был этот ритуал, когда между ними уже образовались узы и он слышал и чувствовал ее, как самого себя?! Так вот каково это, когда ты с истинной парой. Соединяются не только тела, но и души. Это было откровением. Можно тысячу раз читать об этом и все равно до конца не понимать возникающего единения.
Не остановился… Захотел большего и все потерял. Самоуверенный глупец! Хотел стереть все воспоминания о кентавре, а в итоге ритуалом выжег не только связь с ним, но и свои узы.
Он понял, какую ошибку совершил, лишь тогда, когда активировал заклинание и его как ножом пронзил ее крик. Теперь его Кьяри уходит, а у самого внутри пустота, как будто вырвали что-то важное, и постоянная тянущая боль в душе.
– Она уходит, смиритесь. – Слова целителя звучали как приговор.
Крон не хотел верить, но с каждым часом свет ее ауры мерк. В момент единения их ауры слились и пылали, а сейчас она гасла, а он ничего не мог поделать.
– Почему я больше не могу соединить наши ауры? – простонал он.
Если бы это удалось, он мог бы передать ей свои силы. Согласен был отдать свои жизненные силы без остатка, лишь бы она открыла глаза. – Я ее вообще не чувствую.
– Узы разорваны. Мне жаль. И… она не хочет возвращаться. – Наконец он произнес то, о чем думал все эти дни, когда они бились в попытке ее восстановить и вернуть."
"Крон посмотрел на свою единственную, любовь к которой была с привкусом горечи и лишь на краткий миг озарила его надеждой на счастье.
