Услышав птичью трель, Стефан с мрачной усмешкой посмотрел в ту сторону, откуда должны были появиться преследователи.
– Давайте! – тихо пробормотал он. – Концерт на бис, по заявкам зеленых поганок!
Он еще успел подумать о Руди Вебере, который вместе с майором Эспозито месил грязь где-то в другой части болота, а потом в окошке, проделанном в листве, появились силуэты чужих солдат, и Стефан отбросил посторонние мысли.
За ночь фрины стали гораздо осторожнее: капитан не мог не отметить этого. Каратели научились уважать врага, теперь они не перли вперед скопом, дорогу проверяла головная группа, состоявшая из трех человек.
Чуть позади, по обе стороны от нее, двигались группы поддержки, на вооружении которых, как предполагал Стефан, находились стволы, способные посылать во врага энергетические шары.
Капитан Гайгер медленно поднял автомат, чуть прищурился, выжидая. Он собирался открывать огонь лишь тогда, когда фрины подойдут вплотную. Так больше шансов устроить жуткую неразбериху, при которой враги не смогут метать шаровые молнии.
..
Старший лейтенант Поулеску начал первым. Просто вышло так, что он заметил почти у себя над головой «око» – бесшумный вражеский разведчик, который, как и фрины, появился в районе засады. Тадеуш сразу понял: еще десяток-другой секунд, и враги из группы технического наблюдения увидят «картинку» – двух притаившихся спецназовцев, готовых открыть огонь по карателям.
Пришлось срочно менять план действий. Поулеску перекатился на месте, с живота на спину, выставил ствол «Шквала» вверх, короткой очередью срубил «глаз».
Еще один полуоборот, и старший лейтенант открыл огонь по фринам. Теперь не имело смысла ждать, он все равно демаскировал собственную позицию. Другого варианта не было, иначе воздушное «око» выдало бы врагу точки нахождения обоих стрелков.
Капитан Гайгер понял все это в доли секунды, когда летательный аппарат фринов грохнулся в трясину. У Тадеуша действительно не оставалось выбора... Он подставлял себя под удар, в надежде, что стрелковая ячейка Стефана не будет обнаружена фринами раньше времени.
Гайгер выжидал, стиснув зубы. Было мучительно трудно наблюдать, как две гирлянды шаровых молний работают по квадрату, в котором укрылся его товарищ. А потом капитан разглядел фрина с этой жуткой «машинкой» и ударил максимально концентрированным лучом по вражескому солдату. Два электросгустка ударили в болото, взорвались с жутким грохотом – фрин упал лицом вперед, так и не сняв палец со спускового крючка.
