Но почему же тогда Лу, серый дракон, замер в центре поляны, уставившись стеклянным взглядом куда-то в бесконечность? А его команда растерянно топчется у самого ее края, не решаясь ступить следом за своим капитаном?
– Я, думаю, тебе стоит сделать шаг, – тихо прошептал мне на ухо Дрэй.
– Уверен?
– Да, это состязание, как ни крути, предназначено для вас семерых. Видимо, это и есть последний этап прохождения лабиринта.
С шумом выдохнув воздух, я решительно сделала шаг, вступая на совершенно круглую поляну, по поверхности которой все так же спокойно стелился туман.
Пограничье летом – это невероятный праздник для всех его обитателей! Как же здорово, что мне удалось вырваться на несколько недель, чтобы побывать дома! Представляю, как обрадуются мама и папа. Ведь я не гостила дома уже несколько лет!
Я невольно прищурилась подставляя лицо ласковому летнему солнышку.
– Ну, ты долго еще будешь топтаться в нерешительности? – Голос брата ворвался в мои размышления, а сам Ким решительно взял меня за руку и потащил к знакомой калитке.
Как же я рада, что все наши противоречия остались в прошлом. Он переборол свою одержимость Фридой и наконец понял, что я была права. Наши отношения вновь стали трепетными и теплыми. Впервые за этот год я была счастлива. Потому, не раздумывая более ни минуты, направилась вслед за Кимом.
Двери нашего дома были открыты, а на пороге до меня донесся голос матери, что сейчас ставила тесто для пирогов, при этом напевая себе под нос какую-то песенку.
– Угадай, кто приехал?! – пробасил с порога брат, заставляя мать замереть от неожиданности и резко обернуться.
Она была такой, как я запомнила ее в последнюю нашу встречу. Темно-каштановые волосы, которых уже успела коснуться седина, были стянуты в тугой узел на затылке. На ней было темное домашнее платье и ослепительно-белый передник. На щеке – след от муки, что остался, когда мама провела рукой по лицу.
Увидев нас, Нима радостно улыбнулась, отчего в уголках ее теплых глаз появились морщинки.
Не говоря ни слова, она нерешительно подошла к нам, с интересом продолжая рассматривать наши лица.
– Ким, – с придыханием сказала она и сжала брата в объятиях. – Как же я истосковалась по тебе, – едва сдерживая слезы, проговорила она.
Стоило ее рукам разомкнуться, а самой Нимарии чуть отойти от Энакима, как я поняла, что более не в силах сдерживаться и решительно шагнула к матери. Но ее взгляд из теплого неожиданно стал растерянным.
– Вы кто? – испуганно прошептала она.
