Он считает, с Ренцо ее ждет отличное будущее.
Ее тонкие пальчики перебирают струны, едва касаясь, почти беззвучно.
Ее улыбка…
— Благодарю, сеньорита.
Дождь за окном, холодный осенний дождь, переходящий в снег. Третья осень в Микое. В камине потрескивает огонь. Луиджи сидит напротив, лениво потягивая вино, прикрыв глаза, слушая, как поет дочь.
Голос Лессы высокий и чистый, прекрасный, как и она сама, и что-то там о любви…
Но так невыносимо хочется сбежать.
К чертовой матери. Бросив все.
Все эти три года. И особенно сейчас, когда цель особенно близка.
Ренцо станет следующим наместником, этот вопрос уже решен, осталось немного формальностей. Он и сейчас полностью взял на себя эти обязанности, Луиджи устал и ему плевать.
Чуть больше месяца.
Цель, к которой он столько шел. Все вышло как надо, как он планировал, хотя по началу не очень-то верил.
Но жизнь словно сама раскрывала перед ним нужные карты.
Еще немного.
А потом… Ничего не изменится. Потому, что он не сможет уехать. Потому, что дела требуют его постоянного присутствия в Хатоге, по крайней мере сейчас.
Нужно подождать еще, а три года оказалось недостаточно.
И слишком много.
Он станет наместником, но это ничего не изменит. Поздно."
"Этим летом в Джийнаре сменился эмир, до Хатоги вести дошли ближе к осени. А на осень, вот уже скоро, у эмира назначена свадьба. Или уже? Да. Тарин. Тьяра. И сделать ничего нельзя. Кто он такой, чтобы мешать эмиру?
Он ведь пытался. Нет, не помешать, конечно, но встретиться с ней.
Примерно год назад.
Уже тогда сердцем чувствовал неладное. Это сложно объяснить, но… словно струна в сердце тянула и ныла, не давая покоя. Он нашел время, рванулся в Джийнар.
Мэй перехватила его у границы. Встретила. Не пустила. Она тоже чувствовала его, знала где и когда он будет. «Возвращайся, — сказала решительно и без сомнений. — Нет. Ты делаешь только хуже. Ты не должен появляться там. Когда будет можно — я приду сама». Он пытался настаивать, он видел боль, которую Мэй старалась спрятать. Но что толку? Его не пустят в Лааш.
Увести сейчас ее с собой силой? Связать по рукам и ногам и увести? Ему не справиться. Даже с одной Мэй почти нереально справиться, не то, что со всеми теми, кто придет за ней.
Сейчас она не звала его. Но Ренцо лишь чувствовал, как ей плохо. До сих пор чувствовал. И с каждым днем это чувство только росло.
Тихая музыка и нежный голос Лессы…
Бросить все и скакать в Джийнар? Поставив крест на своей карьере, да на и жизни вообще. Хоть был бы толк.
