Я мог бы взять Лиссу прямо здесь, на кровати. Слишком юная, чтобы понять, что я делаю. Чтобы осознать и воспротивиться, успеть мыслить здраво.
Слишком доверчивая, чтобы подумать, что я мог принести ей вред.
Слишком хорошая, чтобы ее испортить.
Я почувствовал не только привычное возбуждение. Вместе с тем пришло какое-то непривычное восхищение, желание сделать приятно, угодить. Раньше я такого не чувствовал. Желание сделать все нежно, чтобы девушке было хорошо.
Поэтому я отстранился. Вместе нам не быть, я скоро уеду и оставлю у девушки только грязную репутацию.
Она быстро полюбит кого-то другого, если я не перейду черту.
Самому же было неприятно, от того что я оттолкнул Лиссу. В душе образовалась какая-то дыра. Еще этот кашель дурацкий, никак не заканчивался.
Я сказал Лиссе то, что должен был, разбил ей сердце, и себе заодно. После такого хотелось поскорее уйти. Провести время одному и успокоиться.
Но нас с Лиссой перехватила Эсма. Она была в бешенстве, и отправила нас чистить картошку. Сидеть друг напротив друга и ЧИСТИТЬ КАРТОШКУ?"
"Я никогда ее раньше не чистил.
В душе и так зияла дыра, а тут еще меня заставили делать то, что я ни черта не умел.
И снова у нас с Лиссой начался диалог. Но в этот раз она говорила спокойно и уверенно. Но что она говорила…
Ее слова проникали мне в подкорку. Она была готова ездить ко мне, хотя не знала даже, где я живу…
Я смотрел на нее и понимал, она была полна решимости. И в какой-то момент плотина надломилась.
Отговорки, что нам все равно не быть вместе перестали для меня работать.
Почему не можем? Потому что я герцог?
Да пошло оно все…
Мы можем попробовать. Просто попробовать. Я уеду в свое поместье. Заберу с собой Лиссу, буде разговаривать, гулять. И если получится, если все чувства настоящие, а не мимолетное влечение, оно того стоит, чтобы послать все общество скряг в одно место.
Я вспомнил Дастина и Виолу, и вопрос Лиссы. Да, я хотел так же. Хотел, чтобы Лисса обнимала меня, чтобы смотрела как на героя. В конце концов, я хочу, чтобы меня любили не за деньги и титул, а любили меня самого.
В оборванной одежде со своими страхами и терзанием, с дурацким характером.
Я хотел сойтись с той, ради кого буду меняться, с кем буду становиться лучше, без измен, без интриг, без всей этой шелухи.
Она предлагала попробовать, и я хотел того же. Но грудь сильно зажгло. Все дурацкий кашель. Я стал откашливаться, но в этот раз не получалось.
Грудную клетку сводило от боли. Я почувствовал вкус крови во рту.
