Но две недели спустя я столкнулась с Авророй у входа в метро и случайно услышала, как она называла брата Руслана мужем. Тогда я проследила уже за девушкой.
Только вот Руслана я так и не увидела. Ни разу. А Авроре, когда та ушла от мужа, я помогла — приютила в нашей с родителями квартире. Пусть девушка и переночевала у меня лишь однажды, но мы сблизились. Аврора смотрела на меня с сочувствием и пыталась как-то повлиять. Словно я сама не понимала, что одержимость незнакомым человеком в пятнадцать — это уже отклонение от нормы.
Да, в таком возрасте многие девочки влюбляются в звезд, сотворяя из них себе кумиров. Но я же понимала, что это неправильно, а с чувствами ничего не могла поделать.
— Лиечка, Аврора сказала, что если ты не ответишь ей, то она бросит свою больную дочь и прилетит сюда, чтобы встряхнуть тебя.
Угроза невестки действительно сработала. Я очнулась от собственных мыслей и все же протянула руку, забирая у мамы свой телефон.
— Лия, он в Москву прилетел.
— Я рада за него.
— Лия, — Аврора практически рыкнула, — хорошая моя. Нужно взять себя в руки. Вспомни меня пять лет назад, когда я ушла от Богдана. Да, не спорю, вернувшись в прошлое, я бы поступила иначе. Но разве я долго раскисала?
— Вообще-то долго, — вяло ответила я.
— Не сравнивай. Когда я думала, что он засранец и бросил меня, я не очень-то и переживала, — хмыкнула она, скорее всего сама поражаясь наглости собственного вранья. Она переживала, и очень, только это не шло ни в какое сравнение с тем, что было с Авророй после того, как она получила известие о смерти Богдана.
— В общем, так, я уже купила для тебя билет, и только не спрашивай, откуда у меня данные твоего паспорта. Лия, приезжай. Я вызову свекровь, она посидит с Ульяшей, а я тебя встречу и отвезу к этому придурку. Потому что это не дело. Он что о себе вообще возомнил? Вам надо поговорить. Обязательно.
— Как ты не понимаешь? Я не хочу с ним говорить.
Больше не хочу, — мой голос сорвался, и я опять заплакала. Я так устала от нескончаемого потока слез за эти два дня.
— Хорошо. Не хочешь с ним разговаривать? Так поставь эту чертову подпись — или что там ему еще от тебя надо? И засунь ему эти документы в жопу! Вот честно.
Я улыбнулась сквозь слезы. Пусть ему икается там. Боль, обида, злость, разочарование и непонимание смешались в такой опасный коктейль, что меня кидало из стороны в сторону.
