Поскольку в глазах пэгфордского электората желание баллотироваться в совет уже подразумевало необходимую компетентность, все шестнадцать советников были избраны на безальтернативной основе.
Однако внутри этого мирно избранного органа постоянно шла гражданская война. Спорная проблема, которая на протяжении шестидесяти с лишним лет вызывала бурю гнева и возмущения, достигла своего апогея, и совет раскололся на две фракции, возглавляемые харизматическими лидерами.
Понять суть этих разногласий мог лишь тот, кто сознавал всю глубину неприязни и недоверия Пэгфорда к областному центру Ярвилу, располагавшемуся севернее.
Ярвилские магазины, фирмы, предприятия, а также Юго-Западная клиническая больница обеспечивали рабочие места для подавляющей части населения Пэгфорда. Субботними вечерами пэгфордская молодёжь устремлялась в кинотеатры и ночные клубы Ярвила. Кому наскучивало несравненное обаяние Пэгфорда, тех ждали городские парки, собор и два огромных торговых центра. И всё же для истинных пэгфордцев Ярвил оставался неизбежным злом.
Их отношение символизировал увенчанный Паргеттерским аббатством высокий холм, который отгораживал Ярвил от Пэгфорда и создавал у людей счастливую иллюзию, будто до большого города много дальше, чем на самом деле.
II
Так уж получилось, что холм Паргеттер заслонял от Пэгфорда ещё одно место, но такое, которое городок считал своим и совершенно особым. То был Суитлав-Хаус, элегантный замок медового цвета в стиле английского барокко, окружённый парком и обширными угодьями.
Входивший в черту Пэгфордского прихода, он стоял на полпути между Пэгфордом и Ярвилом. Без малого два века замок плавно переходил от одного поколения аристократического рода Суитлав к другому, но в начале двадцатого века этот род прервался. О многолетней его связи со здешними местами напоминал теперь самый внушительный фамильный некрополь на погосте церкви Архангела Михаила и Всех Святых, да ещё ряд гербов и вензелей на зданиях и в местных архивах — ни дать ни взять окаменелые следы копролиты вымершего вида.
После смерти последнего Суитлава замок с удручающей скоростью начал переходить из рук в руки. В Пэгфорде высказывались опасения, что какой-нибудь застройщик приобретёт и обезобразит любимую горожанами достопримечательность. В середине пятидесятых имение купил некий Обри Фоли. Вскоре стало известно, что он владеет значительным личным состоянием, которое таинственным образом прирастает в лондонском Сити.
