Но если начнут настаивать и угрожать, я просто сбегу, я давно все приготовила. Единственное, что меня держит — долг перед Азатом за учебу. Ответственность за остальные деньги, которые Азат получил от Тузара, я на себя брать не собираюсь.
Моего согласия никто не спрашивал, а значит и требовать с меня тоже нечего.
Все это я планирую сообщить Азату, но он упорно отказывается со мной разговаривать. Еду мне приносят в комнату, но у меня и аппетита нет. Мама тоже совсем спала с лица, под глазами темные круги. Переживает.
— Все очень плохо, Марта, — она тяжело вздыхает, — отец не может сказать Тузару правду. Вот и выходит, что он человек, который не держит слова.
— Почему не может? — недоумеваю я. — Скажи Азату, я сама с этим Тузаром поговорю. Надену короткую юбку, губы накрашу, куплю бутылку пива и приду к нему в офис. Вот увидишь, он Азату еще и приплатит, только бы вы меня скорее отсюда выперли.
— Что ты такое говоришь! — пугается мама, а мне эта идея все больше нравится.
— Мам, — говорю, — я серьезно.
Давай я встречусь с вашим Данбековым. Ну ладно, — отмахиваюсь, видя ее испуганное лицо, — не буду пиво покупать. И губы красить не буду. Просто встречусь с ним и объяснюсь.
— Он не станет с тобой разговаривать, Марта!
— Почему? Он планировал со мной жить. Мы взрослые люди, сколько ему лет?
— Тридцать.
— Ну и отлично. Скажи Азату, чтобы не переживал, я по деловой этике была первая на потоке. Как-то сумею объяснить Данбекову, что не подозревала, что у меня уже есть жених, а потому отдала свое сердце и не только другому мужчине.
Все. Какие проблемы?"
"— У нас не принято, чтобы мужчина обсуждал такие вопросы с женщиной. А если Азат скажет Данбекову правду, нас ославят на всю страну, — глухо говорит мать. — Ильясовы здесь на слуху, Азата уважают. Одно дело, что ты просто отказываешься выходить замуж, а вот такое… что ты так… Здесь это считается оскорблением, дочка, с нами никто не захочет иметь дела. И мальчики тоже, — она всхлипывает, — этот позор ляжет и на них.
— Мам, — я не верю своим ушам, — что это за бред? Что ты выдумываешь?
— Это не бред, Марта, — отвечает мама непривычно жестко, — если Азат расскажет правду, тебя назовут гулящей девкой.
— Обалдеть! Значит, это норма, влезать в личную жизнь посторонних людей, а самим таскаться в массажный салон к Лейле?
Я бью наугад и попадаю в самое яблочко. Мама ахает и всплескивает руками.
— Откуда ты знаешь о Лейле, Марта? Она недостойная женщина!
— Может и недостойная.
