Не так уж мало, как вам кажется?
– Думаю, против армии будет в самый раз, – вполне серьезно ответил Лауринь. – Только там есть еще Борас… Если вы возьмете его на себя, тогда я, пожалуй, займусь армией…
Я недоуменно уставилась на лейтенанта.
– Да вы, никак, шутите? – сообразила я наконец.
– А что еще остается? – философски заметил лейтенант. – Фло… а о чем вы хотели узнать у вашего уважаемого дедушки? Вы же к нему птицу отправили?
– С чего вы взяли? – удивилась я.
– Ну, записку вы к ней не привязывали, – начал Лауринь, – значит, послание для мага… Ну а какому магу в столице вы могли отправить послание? Скорее всего, вашему дедушке…
– Отчего же, по вашему мнению, это не мог быть кто-то из королевских магов? – заинтересовалась я.
– Так ведь кто-то из них, наверно, и есть Наор, – поднял на меня глаза Лауринь. – Разве вы бы стали рисковать, передавая через них важное послание? Потом, вы же сами сказали, что ожидаете каких-то важных сведений, а вряд ли бы вы стали просить совета у кого-то, кроме господина Нарен, так?.
.
Я иронически поаплодировала Лауриню.
– Великолепное логическое построение, – сказала я. – При желании я нашла бы в нем с десяток безобразных дыр, ну да ладно. Вы правы, Лауринь, я отправила послание деду. Королю он передаст, что нужно, но это не первопричина. Видите ли, я где-то встречала упоминание о семье Такейн, но где – вспомнить не могу.
– Вы думаете, Борасу нужны эти земли не потому, что… ну, в смысле, не как просто княжество, а именно как бывшие владения семьи Такейн? – снова поразил меня своей догадливостью лейтенант.
– Вы же и меня о них спрашивали…
– Ну да, – кивнула я. – Есть тут что-то, за чем охотится Борас, вот я и хочу выяснить, что именно. Надеюсь, дед вспомнит…
– Не было бы поздно, – буркнул Лауринь. – Вы же сами сказали, что птица вернуться не успеет…
– А ей не надо возвращаться, – напомнила я и улыбнулась. – Помните, Лауринь, тот маленький эксперимент, что мы с вами проделали перед тем, как забраться в Тюремную башню?
– А… – Лауринь сдвинул брови.
– Вы хотите связаться с господином Нарен… ну… мысленно?
– Ну да.
– А зачем тогда вообще птица? – задал Лауринь резонный вопрос.
– Затем, что я вовсе не уверена, что сумею достучаться до деда, – ответила я. – Сколько себя помню, он всегда отгораживается такими щитами, что… Словом, почувствовав, что кто-то ломится к нему в голову, он может так наподдать в ответ… – Я усмехнулась. – Мне лично мои мозги дороги, так что я предпочитаю деда предупредить.
