Могу поклясться, он ожидал чего угодно, только не такого поворота событий, и, надо думать, здорово струхнул. Впрочем, нужно отдать ему должное, быстро взял себя в руки и сориентировался в ситуации.
Целоваться с ним оказалось, против ожиданий, достаточно приятно. По крайней мере, от него не разило ни перегаром, ни плохим карбисом, ни какой-нибудь иной гадостью. Довольно длинная мягкая челка щекотала мне щеку, а еще Лауринь не знал, что ему делать со своими руками. Меня, надо сказать, начал разбирать смех, потому что мне никогда еще не доводилось оказаться в роли совратительницы малолеток.
Хотя это еще надо посмотреть, кто кого совращал!
– А ну-ка, прервитесь на минуту, – велела я, не без труда оттолкнув Лауриня. – Закройте дверь.
Надо думать, он ожидал, что я добавлю – «с той стороны», но этого я так и не произнесла. А пока ни с того ни с сего расхрабрившийся лейтенант закрывал дверь, – понял он меня вполне правильно и заложил ее на засов (пусть в доме у меня одна только Рима, но мало ли!), – я завела руки за спину, расстегнула платье и позволила ему соскользнуть на пол, оставшись в одной сорочке.
Если честно, она мало что прикрывала, под платье такого покроя ворох нижних юбок не наденешь, да и не люблю я этого барахла, признаться. Обернувшегося Лауриня ждало достаточно интересное зрелище, во всяком случае, мне хотелось в это верить. Впрочем, судя по его глазам, так оно и было.
– Ну и что вы там стоите? – поинтересовалась я. – Между прочим, вы первый начали, хочу заметить, так что не изображайте из себя фонарный столб и снимите для начала сапоги!
По-моему, Лауринь был уже не рад, что затеял все это, что бы им ни двигало.
Думаю, максимум, на что он рассчитывал, – так это урвать один поцелуй за счет неожиданности, а потом получить хороший пинок и вылететь за ворота. Не мог же он ожидать, что на меня нападет желание позабавиться?
Однако приказ мой он выполнил беспрекословно, а потом еще по собственной инициативе стянул мундир, оставшись в одной рубашке.
С моего плеча тем временем начала сползать тонкая бретелька, и у Лауриня перехватило дыхание, когда я подошла к нему вплотную.
– Лауринь, скажите честно, вы когда-нибудь голую женщину видели? – спросила я с подозрением.
Лауринь заметно покраснел, это было видно даже в лунном свете, и несколько раз кивнул.
– А что с ней делать, вы знаете? – продолжила я допрос.
Мальчишка покраснел еще гуще, а кивок получился менее уверенным. Все ясно.
