Блестящий был офицер, вот только…
– Что – «только»? – заинтересовалась я.
– Только пропал бесследно лет пятнадцать назад, – хмыкнул дед. – Признаться, меня светские забавы уже мало занимали в то время, однако ходил слух, что этот Лагарста совершил преступление против чести. Сама знаешь, что за это полагается.
Да, в самом деле. Формулировка обтекаемая, под нее многое можно подогнать, но, если честно, это сейчас не важно. Выходит, Ференц Лагарста был осужден за преступление против чести. Серьезно… За это как раз и полагается разжалование, лишение дворянских привилегий, а также, в лучшем случае, ссылка.
Лагарста еще легко отделался, будучи сослан в свое имение, а не изгнан за пределы Арастена. Итак, офицер Ференц Лагарста исчезает, будто его и не было вовсе. А некоторое время назад в столице объявляется офицер Лауринь. Если исходить из эмпирических наблюдений, наш лейтенант приходится сыном сосланному Ференцу Лагарсте. Кстати сказать, становится понятно, отчего у лейтенанта даже шпага казенная – согласно утвержденной процедуре, фамильную шпагу ломают над плахой, заменяя тем самым обезглавливание.
Ритуал красивый, конечно, но мне любопытно – как поступали лет двести назад, когда в ходу были двуручные мечи? Но я отвлеклась. Итак, наш лейтенант является отпрыском семьи Лагарста, однако выступает под чужой фамилией. Хотя… почему чужой? Вовсе нет!
– Ну? – грозно спросил дед, недовольный затянувшимся молчанием. – Что ты еще выдумала?
– Видишь ли… – Я села на полу, скрестив ноги.
– Та девица Лауринь, которую ты помнишь, скорее всего, приходится нашему лейтенанту не родственницей по отцовской линии, а матерью.
– И что с того? – удивился дед. – С каких пор ты увлеклась генеалогией захудалых дворянчиков? Или это ты по работе?
– Да какая там работа… – отмахнулась я. – Так. Тренирую мозги.
Однако хитер бывший офицер Лагарста! Он ведь не был мне представлен, я сама начала обращаться к нему – «арнай Лауринь», справедливо полагая, что отец лейтенанта должен носить ту же фамилию, а он вовсе не возражал.
Оба не возражали, кстати сказать!
– Делать тебе нечего, – фыркнул дед. – Тратить время на подобную чепуху. Фе!..
Сие междометие означало у него высшую степень неодобрения. Впрочем, выслушивать его гневные тирады я не собиралась, поскольку выяснила почти все, что хотела, и могла откланяться.
Итак, что получается? Чтобы хоть как-то обеспечить семью, сын ссыльного Лагарсты отправляется в столицу под фамилией матери.
