А поскольку злиться было совершенно бесполезно, то я решила по мере сил не обращать на Лауриня внимания. Увы, это было не так-то просто…
– Госпожа Нарен, – окликнул он неуверенно. – Позвольте вопрос!
– Ну? – спросила я, не выпуская трубки из зубов.
– Вы не знаете, почему местные в лес не ходят?
– Ну вы нашли у кого спросить, Лауринь, – хмыкнула я. – У местных бы и поинтересовались.
– Я спрашивал, – признался он. – Только они не отвечают, говорят, мол, в лесу опасно, и все тут. И сами дальше опушки не заходят.
А еще, когда о лесе говорят, делают вот так…
Лауринь изобразил правой рукой замысловатый жест. Получилось у него не очень хорошо, но я узнала охранительный знак, бывший в ходу у приверженцев Матери Ноанн, одной из многочисленных богинь нашего королевства.
Ничего необычного в этом не было. Я уже говорила, что Его величество Арнелий отличался редкостной веротерпимостью и никаких религий и культов не запрещал, за исключением разве что тех, которые требовали кровавых жертв. Вот такие секты он уничтожал на корню, до последнего человека.
Все те же члены королевского совета не раз намекали Арнелию, что неплохо бы уже обозначить какую-то одну религию в качестве государственной и привести к ней большинство подданных, но Арнелий только отмахивался. Правда, будучи человеком практичным, ввел необременительный налог. Со стороны это выглядело довольно забавно: поклоняйся, кому хочешь, только в казну исправно плати. И платили, как ни странно. Видно, наслышаны были о том, что происходило в одной южной стране, когда тамошний правитель взялся вводить пресловутую «государственную религию».
Приближенные, правда, намекали, что у сильного культа и храмы большие, а не просто лесные святилища, стало быть, и народные приношения больше, значит, и в казну можно бы было сдирать куда как приличные суммы. Но в данном случае у Арнелия наследственный здравый смысл брал верх над наследственной же скупостью, и все оставалось, как шло многие века до него.
Так вот, культ Матери Ноанн был более чем миролюбивым, а воспроизведенный Лауринем жест считался едва ли не самым сильным из отгоняющих зло знаков.
Просто так использовать его было нельзя, это я знала точно, ибо не раз сталкивалась с приверженцами этого культа, а по словам Лауриня, местные повторяют этот знак каждый раз, упоминая об окружающем деревню лесе. Очень странно…
Я присмотрелась к лесу повнимательнее и заметила то, на что должна была обратить внимание уже давно: от леса веяло магией.
