– Нет, нет! И за Тоннером больше не надо! Спасибо тебе! Молодец! – Шнейдер похлопал сторожа по плечу и быстро удалился."
"По-стариковски сгорбившись и бросив метлу, Макар поплелся в кабак. И в соседнем дворе увидел Аксинью! Скинув тулуп, она кружилась вместе с Катериной по двору – женщины танцевали польку под звуки бродячей шарманки, а собравшиеся ребятишки им хлопали.
«Одни пляски на уме!» – злобно подумал о жене Макар.
Протиснувшись через толпу зрителей, сторож схватил супругу за плечи. Та развернулась, подмигнула, словно какую каверзу задумала, обняла и ласково шепнула на ухо:
– Потанцуй с рыжей пять минут!
– Очумела?
– Танцуй! Так надо! – и поцеловала в щеку.
От поцелуя что-то дрогнуло в душе Макара, что-то давно забытое, в вине и водке утопленное. Ведь раньше-то они с Аксиньей оторваться друг от друга не могли, на печи не только дрыхли. Гостей приглашали, под гармошку с ними плясали…
Ноги сами собой начали притопывать, а Катерина, увидев нового танцора, подскочила, накинула ему свой платок на плечи и повела в центр круга.
Ух, и выдал Макар! Прямо как в молодости! И вприсядочку пошел, и коленца выкидывал! А Катерина то плечиком поведет, то ручку вскинет и пойдет по кругу. Все в ладоши хлопают, подначивают. Куда только Аксинья задевалась? Легко сказать, пять минут! Когда со стаканом сидишь – вроде и не заметны они, а когда вприсядку… Ноги уже с трудом сгибались, сердце прихватило, перед глазами все поплыло…
Истошный крик прозвучал, когда обессиленный Макар готов был рухнуть.
Итальяшка-шарманщик перестал крутить ручку, зрители бросили хлопать и повернули головы в сторону дома, Катерина уронила платок, а потом побежала. Почему-то медленно! Макар видел каждое ее движение, каждое колыхание складок юбки. Страшный крик повторился, и с ним в жизнь вернулась прежняя скорость. Катерины сразу след простыл – она в квартиру Тоннера побежала. Зрители ринулись за ней. Через миг во дворе только шарманщик и Макар остались.
Итальяшка сразу шапку Макару протянул – мол, танцевал, так кидай монетку. Макар плюнул ему в шляпу и рванул за всеми.
Когда, растолкав толпившийся народ, он протиснулся в хорошо знакомую квартиру Тоннера, понял, в чем дело. Данила уехал к тоннеровской сестре, сам доктор – на вызовы, Катерина танцевала во дворе, и Аксинья решила стащить из квартиры деньги. Не раз там убиралась, знала, что где лежит. Но вот беда, забыла про Моську.
