Замечаю, что Игнат повернулся ко мне, но делаю вид, что рассматриваю интерьер. Так спокойнее. Слишком близко мы друг к другу.
Да, Майский шикарен, нереально крут и безумно привлекателен. Но он не для меня. Я могу любоваться им только на расстоянии. Безопасном. А сейчас этого нет.
— Лера, расслабься. Набрасываться я на тебя не планирую. — словно мысли читает, и я выдыхаю напряжение. Пока не слышу продолжения. — В ближайшую неделю точно.
Резко поворачиваю голову, пытаясь понять, что это за шутка такая. Но он совершенно серьезен.
Молчит.
Доводит меня до барной стойки, помогает забраться на стул. А потом опирается обеими руками о столешницу, берёт в кольцо. Немного нависает, глядя в глаза. Непроизвольно отклоняюсь назад и упираюсь спиной в спинку стула. Чувствую себя в западне, но страха нет. Скорее испуг от неожиданности.
— Я тебе противен?
Такого вопроса не ожидаю, потому отвечаю, не задумываясь.
— Н-нет.
— Хорошо. Тогда, чтоб не было недопонимания. Я. Тебя. Не. Отпущу.
— Да, — прокашливаюсь, подавившись немного воздухом.
— Я помню, что гощу здесь.
Пробегаю глазами по его лицу. Серо-зеленым омутам, носу, губам, щетине на подбородке и скулах. Возвращаюсь назад к глазам. И пространство вокруг начинает сужаться. Воздух сгущается. Сглатываю.
— Два месяца. — добавляю чуть тише. — Из-за Марова.
— Ну, считай, что пока так.
— Я не совсем понимаю. — хмурюсь, анализируя информацию.
— Ну ты же умненькая девочка, Лера. Не думаешь же, что я привожу домой всех, кому грозит опасность?
Отрицательно качаю головой.
— А если еще не осознала, то объясняю. Ты мне нравишься. И я хочу, чтобы ты жила здесь со мной. Постоянно.
И вроде бы Майской совершенно спокоен, словно обсуждает совершенно обыденные вещи.
Но нет.
Я замечаю и чуть сильнее необходимого сжатые челюсти, и немного прищуренный острый взгляд. За маской показного равнодушия скрывается опасный хищник. Который ни за что не примет отказа.
- В качестве кого?
— Моей женщины.
Отвечает уверенно, без запинки. Уже всё решил. За нас обоих.
— То есть со всеми вытекающими из этого последствиями?
Начинаю дышать глубже и медленнее, стараясь сдержать зачастившее сердце. Чувствую, как немного ведет голову от напряжения, а руки подрагивают.
— Совершенно верно.
— И секс в них входит? — произношу практически беззвучно.
— Обязательно.
— Но ты же меня совсем не знаешь. Я… Я не смогу…
— Сможешь.
