Я полюбила тишину и одиночество, находя в них свои положительные стороны. А все свободное время отдавала учёбе и книгам.
Университет привнес в жизнь много нового и интересного. Нет, сблизиться с кем-то всё так же не стремилась, но общаться с другими начала. Появились не друзья, но знакомые.
На третьем курсе записалась на курсы самообороны для девушек, где каждый раз заставляла себя преодолевать страх и не сжиматься, а учиться действовать в экстремальной ситуации.
И это дало пользу, я почувствовала себя уверенней и стала реже видеть кошмары.
На четвертом курсе получила права, и папа подарил машину. Мне всегда нравилось ездить за рулём, я чувствовала свою уверенность и независимость в эти моменты. Ту свободу, что так не хватало после изнасилования.
Через год родители, поверив в мою самостоятельность и умение отлично обходиться без их опеки, переехали к бабушке на юг. Оставшись одна, ни минуты не пожалела.
Этот город мне нравился. Он был моим, и я чувствовала свою принадлежность ему. Так бывает, когда находишь своё место в жизни.
Еще спустя год, закончив вышку с красным дипломом, удачно устроилась в автосалон «Шубер-Авто», ну а дальше к самому хозяину.
Жила тихой и спокойной жизнью обычного человека.
Но на протяжении всех этих лет так и продолжала время от времени видеть кошмары прошлого и просыпаться от собственного крика.
Сегодняшнее покушение всколыхнуло память, подняв со дна болезненные воспоминания.
Вот я и напугалась сама, и переполошила Игната.
— Мне жаль, что я тебя разбудила. Нужно было отвезти меня домой. — смотрю на него, пытаясь извиниться глазами. Мне неуютно и неудобно, что доставляю столько хлопот. Я привыкла к самостоятельности. Сейчас же теряюсь под проникновенным серо-зеленым взглядом.
— Нет. Не нужно. — Майский снова уже совершенно спокоен. — Принести воды?
— Да, спасибо.
Пока он уходит, стараюсь выровнять дыхание и немного оттягиваю футболку.
Жарко.
— Днём привезу тебе вещи, — вздрагиваю, не заметив его возвращения.
— Я думала, что утром уеду к себе.
— Нет. Пока останешься здесь.
— Но…
— Лера, тебе нужно поспать, еще очень рано. Объясню всё утром.
— Хорошо, — соглашаюсь и забираюсь под одеяло.
— Так будет лучше, — Игнат достает из шкафа тонкое шелковое покрывало и, скинув жаркое одеяло на кресло, закрывает меня им. — Отдыхай.
— Спасибо, — вытягиваю наружу перебинтованные ладошки и ложусь на бок.
