Ее взгляд был обращен к противоположному берегу. Видела ли она там что-нибудь, не могу ручаться. Скорей всего, нет. С таким сосредоточенным лицом не любуются природой, с таким лицом решают задачи по высшей математике.
— Оксана!
— А? Что? — Оксана вздрогнула, услышав за спиной наши голоса. Кстати сказать, мы не единожды ее окликнули. — А, это вы?
— Воздухом дышишь?
— А? Дышу, — кивнула она, не сразу сообразив, о чем мы ее спросили и что надо ответить. — В каюте тоскливо. У бассейна сидеть как-то неудобно, неприлично…
— Неприлично? Почему? — не поняла я.
— Ну как же?! У меня муж умер, а я буду развлекаться? Что люди обо мне подумают?
«Это не у нее, у Рады муж умер! — мысленно ответила я Оксане. — А от тебя он ушел, если ты не забыла!»
— Даже дети, и те сидят на носу корабля, берега разглядывают: не хотят ни загорать, ни купаться. Жаль, безумно жаль Василя. Какой бы он ни был… Да что уж теперь говорить…
— Ясно, в семье траур, — перебила ее я, не в силах скрыть своего раздражения.
Мне не нравилось ее настроение. Неделю назад она ненавидела Василия всеми фибрами души, и это было понятно, объяснимо — теперь вселенская тоска выплескивалась из той же самой души наружу. Ну что за мазохизм? Васька столько ей горя принес, а она ведет себя так, будто он каждый день приносил фиалки и признавался ей в любви до гроба.
— Оксана, ты обещала нам рассказать о своих земляках, — напомнила ей Алина.
— Кстати, к тебе сегодня Роман не заходил? — спросила я.
— Нет, — медленно повела головой Оксана. — Светлана забегала, мужа искала. Но зачем ему быть у меня?
— Тогда давай начнем с Романа. Может, вместе выясним, куда он мог пропасть.
— А он пропал? — отрешенно протянула Оксана.
— Не знаю. Рассказывай.
— Что рассказывать? Зачем? — апатично спросила Оксана.
— Оксана, очнись, оглянись вокруг себя, — потрясла я ее. — Жизнь продолжается. Василь ушел, сначала от тебя, потом из жизни. Он твое прошлое, но никак не будущее. Пора выходить из ступора.
Не надо лить слезы по чужому мужу.
Она меня услышала, кивнула головой и отвела в сторону влажные от слез глаза. Наверное, я слишком резко сказала. Осознавая свою ошибку, я похлопала ее по плечу."
"Оксана проглотила ком в горле и сдавленным голосом произнесла:
— Ты права, я постараюсь. Ради детей. Вы хотели знать о Романе?
— Не только о нем, обо всех ваших знакомых, кто находится сейчас на корабле, но начни с Романа, — попросила Алина.
