Беседуя таким образом, мы вышли на палубу. Я поискала глазами Степу и нашла ее сидящей на лавочке и мило разговаривающей с какой-то пассажиркой.
— Да вот же она!
Алина помахала ей рукой, но Степа демонстративно отвернулась, дав понять, чтобы мы пока не подходили — она занята. Яснее ясного. Мы с Алиной стали в сторонке лицом к Нилу, дожидаясь, когда наша подруга закончит разговор и соизволит подойти к нам.
Мимо нашего корабля проплывали мелкие суденышки и надувные лодки. Торговцы-египтяне поднимали над головами товар, зазывно предлагая его.
Что они нам показывали, видно было плохо. Я могла лишь предположить, что большие белые тряпки в руках египтян — все те же арабские рубашки. Куски ткани поменьше — платки. Совсем мелкое, поблескивающее на солнце — изделия из серебра.
— Странные люди, как дети. Вот что они нам сейчас орут? — спросила у меня Алина.
— Купить просят, — догадалась я.
— Даже если бы мне понравилась какая-нибудь вещь, как бы я ее купила? За борт сиганула?
— Я думаю, эти люди лишь рекламируют товар, зазывают, а сами продавцы стоят у трапа.
— Возможно. А вот и Степа! Ну, чем похвастаешь, миссис Марпл?
— Крохи, — удрученно сказала моя родственница. — Мы были правы, все разговоры прогуливающихся по палубе пассажиров сводятся к одной теме — смерти Василя. Все строят предположения, выдвигают версии, порой даже самые невероятные. Одна из них, будто Василий украинский агент, которого вычислила египетская контрразведка. И плыл он в Асуан, чтобы взорвать плотину, которую несколько десятков лет назад строили советские строители.
Василия вычислили и обезвредили без суда и следствия, потому и полицейские без должного энтузиазма отнеслись к расследованию убийства. Как вам такое?
— Васька — разведчик? — ухмыльнулась я. — Ни в какие ворота не лезет. Ну а что-нибудь менее фантастическое?
— Василия проиграли в карты. Такая версия нравится?
— Не очень.
— Еще есть пьяная драка, — перечисляла Степа.
— Кто-нибудь видел, как дрались?"
"— В том-то и дело, что свидетелей драки нет, но… — Степа выдержала паузу.
— Многие прогуливались по верхней палубе после двенадцати часов ночи, и после часу, но ни драки, ни потасовки, ни выяснений отношений никто не видел и не слышал, но кое-что интересное все же есть. И вот что рассказала мне одна пожилая дама, которая дремала в шезлонге, недалеко от того места, где под утро нашли труп. Было уже достаточно поздно, но уходить ей не хотелось: в каюте храпел муж. Я ее хорошо понимаю.
