Хозяева нелегальных треков каким-то образом умудрялись поднять уровень интерактивности ощущений до небывалых высот – толпы зрителей платили за драйв, за осознание, что каждое столкновение может стать фатальным.
Ивану пока что везло, хотя, что греха таить, он не геройствовал на треке, отрабатывал свои две сотни в десятке аутсайдеров, не претендуя на сомнительную славу победителя.
* * *– О, привет! – Проводник стоял на углу здания подле знакомого проулка. – Как обычно? В Высший Слой?
– Угу.
– Сто двадцать кредитов.
– Вчера было сто!
– Не хочешь – оставайся тут, – флегматично пожал плечами проводник.
– Кривой у тебя бизнес! Постоянным клиентам скидка полагается!
– Не ори на всю Сеть! И вообще, шел бы сегодня своей дорогой. Слишком нервный. А мне неприятности ни к чему.
– Ладно, забыли, – примирительно обронил Иван, переводя указанную сумму на счет проводника.
Тот молча исчез в подворотне."
"Иван увязался за ним, стараясь не отставать.
«Каждый раз новый маршрут, – мысленно удивлялся он. – Интересно, как проводники умудряются находить столько «дыр» в системе безопасности?»
Они вошли в подъезд здания. Пока Иван с некоторым брезгливым удивлением осматривал донельзя странные обшарпанные интерьеры, проводник старинным ключом отпер дверь квартиры, поманил за собой, внутрь.
Темная прихожая источала запахи сырости.
– Ну? Куда теперь?
– Назад, как и вошел. Лимит – два часа.
Не успеешь вернуться этим же путем – я не виноват. – Аватар проводника растворился в воздухе.
Иван недоуменно пожал плечами, вновь толкнул дверь квартиры, ожидая увидеть все тот же неприглядный подъезд старинного здания, но ошибся.
За дверью располагалось совершенно другое помещение – светлое, с высоким сводчатым потолком и богатой отделкой.
Иван вышел на улицу, осмотрелся.
Ярко светило солнце. Вокруг простирался парк. Он свернул на перекрестке аллей, стараясь не попадаться в поле зрения других аватаров.
Дом, где жила Лиза, располагался на холме. К красивым постройкам вела стилизованная под старину дорога.
Сердце замирало в груди.
После сетевой атаки двухнедельной давности они встречались трижды. Иван терял голову от пламени чувств и желаний, в которых сгорал, а Лиза, будто нарочно, сохраняла дистанцию, не отвергая его юношескую страсть, но и не отдаваясь ей.
