Пока пользователи довольны, пока у них есть чем развлечься, убить время, никто не выйдет на улицы, не станет бунтовать и вообще не задаст неудобных вопросов. Поэтому ты навсегда останешься в инмоде.
– И где же выход? – растерянно спросил Иван.
– Его нет. По крайней мере, на сегодняшний день при существующем положении вещей, когда всего пять процентов от населения Земли занято в реальных секторах экономики. Может, что-то изменится с освоением Марса, не знаю. Пока что исследования рисуют мрачноватую картину.
Люди Слоя морально выродились.
– Зачем ты это рассказываешь? Чтобы позлить?
– Сам напросился. Интересно, какой ты на самом деле? – Лиза грустно улыбнулась: – Аватар – лишь красивая оболочка. А где ж твоя душа, Ванек? Ты сам-то ее ощущаешь, осознаешь?
Он безразлично пожал плечами:
– Мне не интересно."
"– Знаю. – Сожаление в ее взгляде стало колючим, льдистым. – Люди Слоя разучились созидать. Обесценили жизнь. Никто не отвечает за свои поступки. Большинство семей распались. Подросло новое поколение, уже затронутое тленом.
Вы бесконечно эксплуатируете примитивные инстинкты: убиваете, упиваясь кровавыми спецэффектами. Кочуете из реальности в реальность. Ваши женщины искусны в любви, но не способны любить. Мужчины брутальны, но знают ли они, что такое мужество? – задумчиво глядя на него, спрашивала Лиза. – И вы, как камень, тянете на дно трясины еще тринадцать миллиардов пользователей. Такую цивилизацию, такое будущее не смог предсказать ни один фантаст древности…
– Хватит! – не выдержав, выкрикнул Иван.
– Отпустить?
– Да!
– Как хочешь, – Лиза разочарованно пожала плечами.
Вспышка света, короткое головокружение.
В нос ударила вонь.
Он открыл глаза. Вокруг высились горы мусора, по ним блуждали серые смерчи.
Глава 2
Земля. Слой. Локализация инмода – мегаполис «Россия»…
Две недели, от случайной встречи с Лизой до дня своего совершеннолетия, Иван провел совершенно не так, как планировал.
Выкинуть из головы все случившееся, вернуться к прежнему образу жизни он не смог.
Стал просыпаться чуть раньше обычного, хамить родителям, да и ежедневные выходы в Слой теперь воспринимал иначе. Он подсознательно искал опровержение словам Глеба и Лизы, но находил лишь их подтверждение, и от этого психологическое давление усиливалось, словно его рассудок начал сминать пресс.
Киберпространство.
«Все, что нам осталось от жизни», – фраза сидела занозой, постоянно напоминая о себе.
Иван стоял на перепутье.
