Некоторые даже не пытаются этого скрывать. Сколько раз за день вы слышали сальные шуточки себе вслед?
— Не стоит так строго их судить, — пожала плечами Аллель, — Мужчины всегда грубые. Это совсем не значит, что они на самом деле так думают. Иногда это просто способ скрыть свою неуверенность.
Если бы ты выучилась на психолога как мечтала, Аллель, то знала бы, что далеко не все скрывают так свою неуверенность. На свете бывают просто идиоты. Но в отношении неё меня беспокоило кое-что другое. В студенческом городке жили около двадцати мужчин, в том числе и женатые.
Ходили слухи, что Аллель переспала со всеми. Тогда я не обращала внимания на эти слухи — чья-то личная жизнь меня интересовала меньше всего. Но сейчас дела обстояли совсем иначе. Её фривольные взгляды на жизнь могли принести много неприятностей.
— Аллель, я понимаю, почему ты их защищаешь. Надеюсь, не повторится та же история что и Перианте?
Слухи распространяются быстро, как грипп в сезон простуд. Узнай кто о ее склонностях, начнут думать так же и о нас.
Люди привыкли судить о стаде по одной паршивой овце. Что тогда делать?
— Не понимаю, о чём ты, — беспечно пожала плечами кареглазая Аллель, слабо пытаясь спрятать улыбку. Вздохнув, я просто махнула на неё рукой.
На кухню, где мы все собрались, впорхнула весёлая Мила. Она схватила со стола пшеничную лепёшку, потянувшись к стакану ягодного сока.
— Где ты была? — строго спросила я. — Твоя комната пустая с самого утра.
— Мы играли в приставку с Дэном, — весело ответила Мила, — У него везде расклеены постеры супергероев.
На стенах, на окнах и даже на потолке. И есть фигурки. Одна в человеческий рост.
Я устало потеряла лоб, голова раскалывалась. Глупенькая Мила. Ей всего четырнадцать. Она ещё не вышла из того возраста, когда девочки играют в куклы. Только кукол в студенческом городке не было, зато нашлось достаточно фильмов про супергероев, которые она смотрела взахлёб с самого детства. Развлечений там было немного. Трудно расти единственным ребёнком в поселении, где люди пытаются выжить.
Родители она потеряла ещё в четыре года, как многие из нас родных и близких.
— Дену шестнадцать, они почти ровесники, — встала на защиту Милы София. А мне не понравилось, что мы разошлись с ней во мнении, — Пусть играют в свои игрушки. Дети и так были лишены многого.
— Они совсем не ровесники. В их возрасте два года это очень большая разница. Дэна воспитывает тот же человек, что и остальных. Этот парень оказался здесь не просто так.
