Император перебросился парой слов с императрицей, что-то сказал Даррелу и Винсенту, отвесил мне совершенно дежурный комплимент, и направился к стене — та вдруг стала прозрачной, и я увидела Мраморный зал, наполненный гостями. Все женщины были в прекрасных платьях, мужчины — в дорогих костюмах и парадных мундирах. Среди людей было много представителей других рас — среди толпы я приметила и белокожую эльфийку с синими волосами, и гоблина в золотой маске, которая скрывала его лицо, и оборотней в традиционных кожаных плащах, чьи длинные волосы были собраны в косы.
Между ними сновали официанты в сине-белых ливреях. На специальном балкончике играл оркестр и пела красивая женщина.
Я не сразу сообразила, что ничего не слышу — ни музыки, ни голосов, ни звонов бокалов. Просто смотрела на гостей из-за прозрачной стены, и думала, как бы не упасть на этих огромных каблуках. Словно услышав мои мысли, Даррел взял меня под руку.
— Этого требует этикет, — бесстрастно сообщил он мне. — Не думай, что я хочу быть с тобой милым.
— Как же ты любишь казаться милым в глазах своих подданых, — отозвалась я. — Жаль, они не знаю, какой ты на самом деле.
— И какой я? — полюбопытствовал Даррел. А я, заметив, что на нас смотрит Винсент, любезно ответила:
— Просто невероятный. Самый лучший. Смотрю на тебя, и плакать хочется. А когда долго не вижу, то голова кружится от тоски по прекрасному.
А потом поняла, что кроме Винсента на нас смотрит император. На мгновение стало страшно — показалось, что сейчас его величество устроит мне веселье за такие слова о наследном принце, но он ничего не сказал, хотя на мгновение мне показалось, что его губы дрогнули в улыбке.
Он приложил ладонь к стеклянной стене, и она начала таять, а через несколько мгновений в мои уши ворвались звуки — музыка, голоса, шум. Однако по Мраморному залу разнесся громовой голос, специально увеличенный магией:
— Императорская семья Ланграж!
И все затихли по щелчку пальцев, зато заиграл торжественный гимн Вечной империи.
Свет стал приглушенным — освещалась только пурпурная ковровая дорожка, по которой нам нужно было пройти вдоль по всему залу, к самому его началу, где на возвышении находились троны, увенчанные драконьими крыльями.
Первым на дорожку ступил император и императрица, следом — я и Даррел, а шествие замыкали Этель и Винсент. Присутствующие почтенно склонили головы и приложили правые руки к груди, приветствуя правителей.
