Да и как оно гладко может быть? Ты совсем юная, и вдруг узнала всю правду о себе, еще и невестой стала. А выйти замуж за незнакомого мужчину — что может быть хуже для неопытной девушки? Пусть он трижды принц… Только помни, Белль, даже если ты его не любишь, он будет твоим мужем. А значит, будет на твоей стороне при любых обстоятельствах — в императорской семье так принято. Поняла? Держись за него. И никому больше не доверяй. А от кузена его подальше держись.
— Ты про Эштана? — удивилась я. Бабушка нехотя кивнула.
— В газетах писали, что ты часто гуляла с Эштаном этим. Да только я газетам не верю. Вечно чушь собирают. Держись, моя девочка, и помни, что мы всегда с тобой. Мы на твоей стороне.
Мы снова обнялись по очереди, и я улыбалась, потому что знала — как только моя улыбка погаснет, появятся слезы. Плакать перед родными не хотелось.
— Если тебя будут обижать, скажи, ладно? –напоследок произнес Том и с улыбкой поправил мне волосы. — Я со всеми разберусь."
"А Лиам молча протянул мне небольшой сверток.
Я развернула его и увидела золотой медальон на цепочке. Открыла и увидела нашу общую старую фотокарточку — на ней мне было лет десять. Мы улыбались и махали руками. С обратной стороны медальона была гравировка: «Твоя улыбка всегда радовала наши сердца. Твоя семья».
— Спасибо вам. За все спасибо. — Слова слетали с моих губ сами по себе. И даже голос, казался, изменился. Еще немного, и я точно расплачусь! Нужно скорее прощаться.
Они ушли первыми — так велел этикет: сначала гости, потом хозяин.
А я осталась с придворными дамами и, попросив дать мне пару минут, отошла к окну, за которым все так же было белым-бело из-за туч. Я вытерла слезы, успокоилась и, говоря себя, что все будет хорошо, вернулась. Попросила Фэйру отнести в мои покои мешок с соленьями, что привезла бабушка, и тоже покинула Лавандовый чайный зал.
Меня ждал бал.
Глава 32
Невеста принца покинула Лавандовый чайный зал следом за родственниками, однако ее старшая придворная дама задержалась. Фэйра брезгливо посмотрела на простой холщевый мешок с банками, что привезла старуха из своей провинции, и ткнула в него пальцем:
— Выкинуть это.
Молодые служанки в бело-синей дворцовой униформе, не смотря Фейре в глаза, поскольку слава о ней по дворцу ходила дурная, синхронно сказали:
— Да, госпожа.
— И чего застыли, дуры? Немедленно! — рявкнула она.
Одна из служанок тотчас схватила тяжелый мешок, в котором что-то позвякивало. Кажется, это были домашние соления.
