— Ничего я не соврал! Она вылечила рану, поэтому затянулось быстро. И сказала Реджине, что если та меня снова тронет, она отрежет ей голову, — на губах мальчика появилась улыбка, которая тотчас исчезла. — Реджина испугалась, и мы срочно поехали во дворец.
— Тогда, наверное, вторая мама тебя любит! — радостно воскликнул принц.
— Если бы любила, не бросила бы, — ответил Эштан неожиданно по-взрослому, а Даррел вдруг обнял его так крепко, как умел, и сказал:"
"— Я тебя не брошу. Ты всегда будешь моим братом.
Сначала они дурачились, потом разговаривали о какой-то ерунде, а после уснули. Во дворец они вернулись на следующий день, потому что проголодались, однако мечты Даррела о том, что отец улетит и забудет о наказании, рухнули. Их с Эштаном искали всем дворцом, и отец даже отменил визит в Лирию. Вместо подвальной комнаты Даррела ждало более суровое наказание — разгневанный император лично выпорол его, а Эштан вместе со своей матерью покинули Небесный дворец и долгое время не возвращались.
Спустя несколько дней Даррел случайно услышал, как отец сказал кому-то из своих советников:
— Найдите мальчишке того, с кем он будет расти и обучаться боевому мастерству. Его правую руку в будущем. Чтобы был верным псом.
— Князь Запретного леса отправил в Вечную империю своего сына, — ответил кто-то из них с почтением в голосе. — В качестве гарантии, что исполнит свои пункты в тиверейском соглашении. Мальчишка при дворе уже несколько дней. Смышлёный. Наполовину дроу, наполовину человек.
Они с принцем подружатся.
— Пусть будет он, — согласился император. — Все контакты с сыном Реджины должны быть ограничены. Позаботитесь об этом.
И об этом действительно позаботились.
* * *— Куда же делся Эштан? — повторила в который раз Белль, комкая на коленях платье.
В ее голосе было искреннее беспокойство, которое не нравилось Даррелу. Слишком уж сильно она переживает за его братца. И слишком странно на него смотрит — с затаенной нежностью. Да и этот цирк, который устроил напившийся Эштан с предложением руки и сердца, порядком раздражал Даррела.
Он ведь в начале принял все за чистую монету и едва сдержался от того, чтобы не ударить кузена по лицу, как простолюдин. А когда услышал, как Белль безропотно соглашается с ним, и вовсе разъярился. Кровь пульсировала в висках, а в глазах словно синее пламя разгоралось.
Не многое могло довести его до такого состояния. А у этой девчонки получалось — и уже в который раз.
