– И вы уже сообщили об этом своим родственникам?
– Нет, – скрипнув зубами, призналась Клио. – Еще нет.
– Значит, еще ничего не решено.
– Нет, я уже все решила. А вы меня только тревожите и раздражаете. Явились словно гром среди ясного неба на своем черном коне – нежданный, мрачный и тревожный…
– Да, верно. От меня всегда одни неприятности, – согласился Рейф. – Кроме того… Видите ли, я очень хорошо знаю вас.
Клио почувствовала, что у нее перехватило дыхание. Но она тут же напомнила себе: то, что кажется флиртом, на самом деле – всего лишь мужское самомнение.
– Вы знаете меня вовсе не так хорошо, как вам кажется, Рейф Брандон.
– Мне и этого вполне достаточно. И вам не удастся меня прогнать.
Рейф наблюдал за ней очень внимательно. Наблюдать за ней было совсем нетрудно. И даже приятно.
Возможно, Клио действительно приняла решение относительно брака. И не приходилось сомневаться: в данный момент она не желала принимать в своем доме еще двух гостей. Точнее – трех, если учитывать Эллингворта.
Он взял у Бруно поводок и присел возле собаки.
Пес был таким старым, что почти полностью оглох, но Клио этого не знала.
– Не волнуйся, Эллингворт. – Рейф почесал пса за ухом. – Мисс Уитмор – образец приличий и благородства. Она не выгонит из дома старую беззащитную собачку. – Он покосился на девушку. – Или выгонит?
– Хм… А я думала, что чемпионы сражаются честно, – пробормотала Клио.
– Но мы сейчас не на ринге, верно? – Поразмыслив, Рейф решил сменить тактику. – Это у вас новое платье? – спросил он, внимательно посмотрев на Клио.
– Я… – Она нахмурилась. – Не понимаю, какое это имеет значение.
О, имеет!.. Рейф знал, что такие вещи имели огромное значение. Возможно, ему не было известно, как готовиться к свадьбе, однако о женщинах он кое-что знал, по правде говоря – довольно много. И он прекрасно понимал, что именно требовалось Клио. Немного внимания, вот и все. Ведь она много времени провела в ожидании и сейчас чувствовала себя… нежеланной? Хм… глупости! Достаточно лишь на нее посмотреть, и становится ясно: любой мужчина, который не захочет эту женщину, – клинический идиот.
А Пирс далеко не идиот. К несчастью, он, Рейф, – тоже.
– Такой цвет очень вам идет, – сообщил он, и это была чистейшая правда. Зеленый цвет делал золото ее волос еще более ярким, а мягкий шелк, струившийся по телу с пышными округлостями во всех нужных местах, делал фигуру прямо-таки идеальной. В общем, не женщина, а мечта. Мечта, о которой он, Рейф, должен забыть.
