– На что ты надеялась, Клио? Думала, что я приеду на бал, одетый в черный смокинг и начищенные до блеска сапоги? Думала, что остановлюсь на верхней площадке лестницы, чтобы меня представили как лорда Рейфа Брандона из Сомерсета? Думала, что отыщу тебя взглядом и направлюсь прямо к тебе, чтобы пригласить на танец?
Клио промолчала. Но ее щеки предательски порозовели. Взяв ручку, она обмакнула перо в чернила и начала писать.
«Черт побери!» – мысленно воскликнул Рейф. Значит, именно на это она и надеялась! Этого и ждала! А он только что посмеялся над ее мечтами.
Проклятье!
В смущении откашлявшись, он пробормотал:
– Клио, мне жаль, если ты…
– Не надо, не извиняйся, – перебила она. – Почему между нами должно что-то измениться? Ведь ты всего лишь признался, что много лет хотел меня, после чего ласкал мою грудь. Мелочи, правда? И не важно, что это был самый волнующий момент в моей жизни. Ведь для тебя это всего лишь очередное мимолетное приключение, верно?
– Ты знаешь, что это не так, – прохрипел Рейф.
Она вскинула голову и устремила на него пристальный взгляд. И оказалось, что ее голубые глаза… они полыхнули огнем.
– Ты прав, Рейф. Я действительно знаю, что это не так. Но от этого мне еще больнее.
Ну вот… Он снова все испортил. Тяжко вздохнув, он проговорил:
– Пойми, я больше не принадлежу к этому миру. А ты принадлежишь, Клио. Поэтому ты должна отправиться на бал и как следует повеселиться.
– Я буду там окружена слухами и сплетнями. Например: «А вот и наша мисс “Уэйт-мор”! Интересно, сумеет ли она в конце концов отвести его к алтарю? Делаем ставки?»
– Клио, все будет не так!"
"– Ты прав.
Да, все будет не так. Потому что завтра к этому времени я уже не буду помолвлена.
«Проклятье!» – мысленно воскликнул Рейф. А Клио, запечатав конверт кусочком воска, добавила:
– Я не прошу тебя ехать на бал. Но ты должен подписать документы о разрыве помолвки до моего отъезда.
– Неделя еще не закончилась, – заметил он. – Есть еще сегодняшний вечер.
– Не могу представить, что должно произойти сегодня ночью, чтобы я передумала.
– Она усмехнулась. – Извини, посыльный ждет.
Она вышла из комнаты с запечатанным конвертом в руке. А Рейф начал думать о «словесных узорах», «приукрашиваниях» и «преувеличениях».
Ужин стал тяжким испытанием, по крайней мере – для половины из присутствовавших за столом.
Клио, пребывая в дурном расположении духа, молчала. Рейф также был в дурном настроении и молчал. И Феба – тоже.
