Конечно же, успешно привлекаю внимание мужа к себе в большей степени, чем к знакомому, и скорее всего настолько же не нравящемуся, как и мне, интерьеру.
Взгляд мужа медленно ползет по голым, намазанным маслом, ногам, мне кажется он даже заползти под кружево подола не против, но едет вверх. Игорь закашливается на уровне декольте, но берет себя в руки и доезжает до лица.
Я готова спорить на деньги, в эту секунду он вспоминает, что между нами и кроватью — не больше двадцати шагов. Но делать их не спешит.
— Показывай, что тут у тебя стряслось… — Бурчит, а я в ответ закатываю глаза.
Бью по выключателю света в ванной и приглашаю мужа войти. Чтобы не выглядеть голословной, я записала себе каждый огрех, который раздражает. Ну и парочку еще добавила.
Хочу, чтобы Игорь провел со мной как можно больше времени. Как можно сильнее устал и проголодался.
Он — конечно же, далек как от сантехники, так и от проводки. Проведя «экскурсию» по квартире, я ухожу на кухню, делая вид, что позвала его действительно только ради устранения неполадок, а сама прислушиваюсь.
Он включает-выключает кондиционер, играет с режимами, проверив, кому-то звонит. Я слышу: «Валер, мне срочно нужен человечек, который починит кондиционер. Крайний срок — утро. Найдешь?». Улыбаюсь, наслаждаясь маленькой победой. Пусть не думает, что я фантазировала. Здесь действительно ужасно.
С интернетом Игорь справляется сам — как бы там ни было, технологии — это его среда обитания. А еще он разбирается с глючащей все это время сигнализацией и заедающими ручками на окнах.
"
"Его охрана привозит новый роутер, красивый чайник, небольшой климатизатор.
Злосчастное кресло, с которого я грохнулась, муж чинит своими руками. Находит на одной из полок свои старые инструменты, устраивается на полу, увлекается процессом.
Когда ужин готов, я выхожу в гостиную всего лишь в третий или четвертый раз, хотя Игорь занимается благоустройством моего жилья уже добрых полтора часа.
Недолго смотрю в широкую спину, прижавшись плечом к дверному косяку, а потом отталкиваюсь и все же подхожу. Игорь поднимает взгляд навстречу. Он всё еще хмурый, но, мне кажется, физическая работа его отвлекла от насущных проблем.
Муж ставит кресло на пол ножками вниз, я подхожу и давлю на сидушку…
— Больше не грохнусь? — спрашиваю с легкой улыбкой, не спеша выравниваться. Я знаю, что ткань на груди оттопырилось, и не заглянуть туда мужу сложно.
