– Посмотрите, вон Лампа, она почти не сдвинулась с места. – Он показал в сторону смутного пятнышка на небе. – Время вашей стражи наступит только через несколько часов, ваше высочество. Возвращайтесь в постель.
– Я не могу спать, – ответил Джошуа.
Деорнот был уверен, что Джошуа не заметил его улыбку в темноте.
– Многие испытывают тревоги и сомнения в ночь перед свадьбой, сир.
– Дело не в этом, Деорнот. В моих тревогах и сомнениях в себе, как ты однажды правильно подметил, нет ничего необычного. Но ведь есть более важные проблемы, о которых мне следует думать.
Оба молчали, и Деорнот поплотнее затянул ворот плаща, ночь становилась невероятно холодной.
– Я счастлив, что жив, – продолжал Джошуа, – но у меня ощущение, будто я мышка, которой кот позволил убежать в угол. Моя жизнь продолжается, но насколько долгой она будет? Теперь появилось нечто более страшное, чем зло моего брата, – к нам протянулась Рука Севера. – Он вздохнул. – Когда-то я надеялся, что история Ярнауги, несмотря на все доказательства, не может быть правдой, но в тот момент, когда со стен Наглимунда я увидел смотревшие на меня белые лица, что-то внутри у меня умерло.
Нет, не тревожься, добрый Деорнот, – поспешно добавил принц, – я не собираюсь бегать и бессвязно кричать, чего, как я знаю, ты втайне боишься. Я принял твои предостережения близко к сердцу. – Он горько рассмеялся.
– Но в то же время я говорю правду. По нашему миру, подобно крови, горячей и полной жизни, течет ненависть. Мое изучение зла с братьями-усирианцами, их представления о дьяволе и его деяниях никогда не становились такими понятными, как после короткого взгляда в эти жуткие глаза.
У мира черное подбрюшье, Деорнот. Иногда я спрашиваю себя, стоит ли стремиться к знанию?
– Но разве Бог создает подобные существа не для того, чтобы испытать нашу веру, принц Джошуа? – после долгой паузы ответил Деорнот. – Если человек никогда не видел зла, как он может бояться ада?
– Да, действительно. – Голос принца изменился.
– Но я хочу поговорить с тобой о другом. Предоставь Джошуа превратить любой разговор в нечто суровое и мрачное. – Он снова рассмеялся; но теперь его смех был более веселым. – На самом деле я пришел просить тебя встать рядом со мной и Воршевой во время свадебного обряда.
– Принц Джошуа, вы оказываете мне честь. С радостью – я сделаю это с радостью.
– Ты самый верный из всех друзей, Деорнот.
– А вы лучший повелитель из всех, какие только могут быть.
