Когда он откусил первый кусочек, речное яблоко оказалось кислым, но его бледная мякоть ближе к сердцевине была изумительно сладкой. Тиамака, который уже несколько дней питался водяными жуками, съедобными растениями и листьями, настолько поглотил почти забытый вкус, что он едва не потерял сознание, и ему пришлось отложить яблоко на потом.
Можно сказать, что Кванитупул занимал северный берег верхнего зубца залива Фираннос, если не считать того, что настоящий берег там отсутствовал: Кванитупул находился на самом северном краю Вранна, оставаясь частью огромного болота.
Небольшое торговое поселение, состоявшее из нескольких домов на деревьях и хижин на сваях, сильно разрослось, когда купцы из Наббана, Пердруина и Южных островов обнаружили множество полезных вещей, которые можно найти за недостижимыми пределами Вранна, – недостижимыми для всех, естественно, кроме самих обитателей Вранна. Экзотические перья для одежды богатых леди, высушенная глина для окраски волос, чрезвычайно редкие и полезные лекарственные порошки и минералы постоянно появлялись на рынках Кванитупула, что позволяло процветать купцам всего побережья.
Поскольку здесь не было земли, которая хоть что-то стоила бы, сваи забивали глубоко в мягкую глину, и лодки, наполненные камнями, затопляли вдоль берегов бесконечных проток. И на таких фундаментах возводили бесчисленные хижины и мостки, которые их соединяли."
"По мере того как рос Кванитупул, наббанайцы и пердруинцы начали в нем селиться рядом с местными враннами, и довольно скоро торговый город протянулся на множество миль каналов и раскачивавшихся мостков.
Город продолжал разрастаться, точно водяной гиацинт на поверхности все новых и новых внешних притоков. Его обветшалое величие теперь доминировало над заливом Фираннос, как старшая и более крупная сестра Ансис Пелиппе в заливе Эметтин, на северном побережье Светлого Арда.
Все еще испытывая головокружение после лихорадки, Тиамак наконец выплыл из болот к первым водным артериям Кванитупула.
Поначалу лишь немногочисленные плоскодонки разделяли с ним зеленые просторы, в них сидели главным образом вранны, одетые в традиционные племенные костюмы из перьев в честь первого посещения самого грандиозного болотного поселения. Но дальше в каналах стали появляться другие лодки – и не только маленькие, как у Тиамака, но и корабли всех форм и размеров, начиная от красивых баркасов богатых купцов, до огромных судов, нагруженных зерном, и барж с битым камнем.
