Однако отцу удалось подобрать ключик к жене, не зря же их брак уже многие годы считается счастливым.
Мы, их дети, знаем эту историю любви, но есть у меня подозрения, что подробностей нам не рассказали. А если мы пытаемся расспрашивать, родители улыбаются, но молчат.
Папе тогда невероятно повезло, но это наложило отпечаток на Марию Уотерстоун. Она очень боится этого возрастного порога у драгов, связанного с возможным безумием, и, несмотря на то, что мне только триста, уже начала давить, требуя заняться поиском жены.
Мои мысли прервал вызов, догадываясь, кто это, я нажал на панели корабля несколько кнопок. Передо мной появилась мамина голограмма, которая сидела за столом в кабинете и недовольно на меня смотрела.
— Варами, у тебя что, голос пропал? Не можешь послать вызов матери и сообщить, что прилетел на Землю?
Сдержав улыбку, признался:
— Я уже практически улетел с нее. У меня была короткая остановка, и я не стал тебя беспокоить.
На лице Марии появилось ироничное выражение.
— Ты всерьез полагаешь, что увидеться с сыном, пусть и ненадолго, это беспокойство? А может, ты просто хотел избежать очередного семейного обеда? Боишься, что буду снова тебя с кем-нибудь знакомить?
— Моя мама так же умна, как и прекрасна, — не выдержав, я рассмеялся.
— Льстец, — улыбнулась и матушка.
Я вскинул руки ладонями вперед, как бы защищаясь.
— Вот честное слово, едва я приземлился, прибежал начальник и стал умолять меня доставить срочный груз.
Обещал золотые горы!
— А ты прямо бедствуешь, — беззлобно проворчала Мария. — Как-нибудь отловлю твоего начальника и побеседую с ним. А ты, негодный мальчишка, свою команду любишь больше, чем родителей.
— Странно, думал, тебе нравится моя работа, — заметил я.
Не стал уточнять, что в этот раз груз небольшой и я лечу без ребят, дав им отпуск. Должен же капитан заботиться о них! А это задание простое, можно сказать, практически отдых.
Еще и денег заплатят. Красота!
— То, что ты занимаешься грузоперевозками, меня, безусловно, радует. В отличие от Алека, тебя хотя бы иногда можно видеть. Мои дети вообще научили меня философски относиться к жизни и радоваться малому, — хмыкнула мама.
— Не расстраивайся. Вот вернусь обратно, весь остаток отпуска проведу с вами. — И прикусил язык, поняв, что проговорился.
— Что, снова работаешь во время отдыха? — прищурилась родительница.
