Наверное, именно в те дни Алек Стоун стал для меня важнее родителей.
* * *Алек Уотерстоун
На вызов дядя ответил сразу. Передо мной развернулась голограмма кабинета одного из членов Совета и появилось веселое лицо Фредерика.
— Будешь просить за свою красавицу?
— Именно. Поможешь?
— А сам что? Лень одолела? — усмехнулся дядя.
— Могу и сам, но тогда о секретности моей личности можно забыть.
— Шантажист, — покачал головой Фредерик. — Ладно, уговорил. Я уже посмотрел дело. Ее использовали, чтобы добить отца.
Конечно, самой Виктории ничего серьезного не будет, от силы выговор… Но время, пока будет длиться расследование, а его могут и затянуть, даст серьезный козырь против ее отца. У этих революционеров, видимо, совсем все печально, раз они решились действовать через центр цивилизации. Да еще и использовали связи, чтобы притормозить разрешения на опыты.
— Именно так, — ответил задумчиво, — что-то они начинают меня выбешивать.
— Ого! Алек разозлился, чуть тронули его цветочек.
Не бесись, я проведу все разрешения задним числом. Только не натвори глупостей.
Прищурившись, взглянул на дядю. Подкалывает, значит?
— Тебе статус не мешает заниматься такой мелочью? — ехидно ухмыльнулся.
— А что делать, если ты у меня ленивец? Все, я пошел. Завтра большое заседание Совета, до вечера будем ругаться. Надо пораньше лечь, силы нужны. А ты верни обратно свою крышу, а то она от любви совсем поехала. Мария увидит — не признает свою кровиночку.
На этом Фредерик отключился.
Настроение у него прекрасное, значит, завтра на совете все пройдет хорошо. Улыбнувшись, я открыл плокстор, чтобы набрать сообщение.
* * *Виктория Эргер
Этим вечером мама готовила какое-то грандиозное блюдо, и мы, чтобы не мешать ей, разбрелись кто куда по дому во избежание опасности попасть под горячую руку. Я решила поухаживать за цветами во дворе.
У родителей росли несколько редких экземпляров растений с дальних планет, и повозиться с ними было невероятно интересно.
Заодно и полюбоваться.
— Ты увлеклась флорой?
Отец подошел незаметно, но я его ждала, и появление не стало неожиданностью.
— Наверное, старею, — усмехнулась, продолжая рыхлить зиртопулис.
Приятный и нежный запах. Прелесть.
— Слышал, у тебя проблемы на работе? — осторожно начал отец.
Покосилась на родителя. Лицо непроницаемое, невозмутим.
— Да. Так и думала, что тебе доложат, — вздохнула, переходя к следующему цветку.
