Но нужно правильно его использовать, чтобы он работал. Все отклоняются от курса через какое-то расстояние, это нормально. Я знала, что Элис нужно чаще с ним сверяться.
Бет обхватила себя руками, слегка покачиваясь на пятках. Она дрожала.
– Может, попробуем разжечь огонь? Моя зажигалка высохла.
Лорен посмотрела в темноту. Свежий пластырь у нее на лбу уже почти отклеился. Бет знала, что в аптечке остался всего один.
– Здесь нельзя.
– А кто узнает?
– Мы, если случится пожар.
– При такой-то погоде?
Бет увидела по темному силуэту Лорен, что та пожала плечами.
– Бет, не мне принимать такие решения. Спроси Джилл.
Бет едва могла разглядеть Джилл в слабом свете телефона Элис. Они далеко отошли в поисках сигнала. Это не предвещало ничего хорошего.
Сунув в рот сигарету, Бет отошла от их прибежища. На конце зажигалки вспыхнул крошечный огонек, нарушая ее ночное зрение, но ей было плевать. Знакомый привкус заполнил ей рот при вдохе, и впервые за несколько часов она почувствовала, что может нормально дышать.
Бет стояла и курила, согревая легкие; ее глаза и уши постепенно приспосабливались к темноте, пока она смотрела в заросли. За серыми стволами ближайших эвкалиптов царил непроглядный мрак. Она ничего не могла различить, а когда вдруг поняла, что ее-то как раз различить можно, по коже побежали мурашки. Ее выдавал, как минимум, огонек сигареты, и их фонарики освещали лагерь позади. Любой, кто находился в кустах, увидел бы ее так же ясно, как среди бела дня. Бет подскочила, услышав в темноте отдаленный треск.
«Не глупи». Это просто животное. Какой-нибудь ночной зверь. Безобидный. Например, опоссум.
Тем не менее она прикончила сигарету и вернулась в лагерь. Когда она подошла, к ней повернулись три головы. Джилл, Элис и Лорен. Бри нигде не было видно. Троица сгрудилась над чем-то. На секунду Бет подумала, что это компас, но, приблизившись, поняла, что ошиблась. Это был завернутый в пленку сэндвич. Джилл держала в руке яблоко.
– Где вы это нашли? Осталось с обеда? – спросила Бет.
– В рюкзаке, – ответила Джилл.
– В чьем? – Бет посмотрела на них. Рюкзаки лежали в куче как попало, их содержимое высыпалось, когда они пытались подсчитать все, что у них осталось, в сгущающемся мраке. Бет увидела их лица, и ее медленно накрыло холодное осознание. – Это не мое.
Ответа не последовало.
– Правда. Я съела свое на обед. Вы видели.
– Нет, не видели, – ответила Элис. – Ты отошла подальше с сигаретой.
Бет посмотрела на нее в темноте долгим взглядом.
