Но оно же заставило согласиться прислать девчонку в комнату мага. Ухмыльнувшись про себя, Корнелиус согласился помочь и, бросив на девушку многообещающий взгляд, удалился.
С улыбкой он вспомнил момент, когда она, испуганная, застыла в дверях его комнаты. Тогда он решил, что это искусная игра. Ведь она же сама пришла к нему. Испуг в глазах Корнелиус приписал тому, что он маг. Вот только он не хотел, чтобы она его боялась. Решил быть любезным и сделал несколько комплиментов, только и для него самого слова о глазах-озерах показались пустыми и пошлыми, что уж говорить о девушке.
Он заметил тень насмешки на ее губах.
Настроение Корнелиуса тогда резко изменилось. Над ним не смеются! Все, кто посмел, улыбаются перерезанным горлом. Ради кого он старается? Его приказ раздеваться прозвучал намеренно жестко.
Эта малышка опять его удивила. Ее негодование, когда он начал расстегивать ее платье, было искренним. Возмущенное «Да что вы себе позволяете?!» и пощечина сделали бы честь любой благородной даме, тем неожиданнее они были в устах этой трактирной певицы.
Гнев захлестнул мага. Желая указать девушке ее место, он разорвал платье и замер, завороженный красотой линии спины и белоснежной кожей. Как можно было скрывать под непритязательными нарядами такую красоту?! Он и сейчас отчетливо помнит то первое прикосновение к ней и ощущение нежнейшего бархата под пальцами.
Она оказалась невинна! Его удивило, что никто не тронул этот нежный цветок. Тем лучше для него, иначе ему бы пришлось убить всех ее любовников.
Был момент, когда он чуть не поддался магии ее голоса и умоляющим глазам, но искушение было слишком велико. Одна только мысль, что кто-то иной сможет увидеть ее тело, прикоснуться к ней, превратила его в дикаря. Она его и будет только его!
Корнелиус потерялся в ее сладком теле. Забыл весь свой опыт, приобретенный со множеством женщин. С ней все было ново, остро, на грани. Краем сознания он понимал, что ей еще больно, но страсть отключала разум, осторожность. Не оставалось ничего, кроме желания обладать этим телом, слышать хриплые вздохи, ощущать вкус сладких губ.
Эта девочка перевернула его мир. Никогда и ни с кем он не чувствовал того, что с ней. Она перечеркнула все его прошлое, стирая воспоминания о бывших любовницах. Теперь была лишь она, такая нежная, трепетная, чарующая…
Его тело отреагировало на воспоминания о ночи, и в паху все окаменело от желания. Он открыл глаза и потянулся к своей девочке, желая быть с ней нежным.
