Стены комнаты были оклеены дорогими обоями приятных палевых расцветок, на окнах отсутствовали решетки, а стекла выглядели вполне обыкновенными.
«Возможно, монопластик», – подумал Джим, вспоминая неубиваемую машину покойного Финштейна.
– Присаживайтесь, – Готлиб указал на расставленные вокруг журнального столика глубокие кожаные кресла. Напарники сели, сел и Моран, только Готлиб продолжал расхаживать по гостиной, ненадолго останавливаясь перед шкафом, все полки которого были заставлены статуэтками.
Джим мог поспорить, что Готлиб видел эти полки уже десятки раз, но он стоял не двигаясь, в его позе чувствовалось напряжение.
Послышались шаги, и в комнату в сопровождении неприметного охранника вошел главный участник предстоящего разговора.
Это был мужчина лет пятидесяти, с поредевшими темными волосами и лихорадочным блеском в глазах. Он еще хранил былую военную выправку, но его фигура уже начинала расплываться, под глазами виднелись мешки, а лицо было бледным и одутловатым.
Он вышел в полосатой пижаме и оттого выглядел как пациент закрытого лечебного учреждения.
– Вот, Леон, как и обещал, привел тебе тех самых людей, которые используют драгоценнейшую информацию, что ты нам принес.
– А вы меня не обманываете, майор? – спросил пациент, с подозрением поглядывая на Джима и Тони.
– Как я могу тебя обманывать? Подойди к ним, и они пожмут твою мужественную руку.
Тот, кого Готлиб называл Леоном, несмело приблизился – Джим и Тони догадливо поднялись и пожали его влажную ладонь.
– Как-то слишком молодо они выглядят, майор…
– Нам просто повезло, Леон, они и молодые, и самые лучшие.
– Да?
Леон внимательно посмотрел на Джима, потом на Тони и сказал:
– Хорошо, давайте присядем.
Моран тут же перебрался на другое кресло, чтобы Леон и напарники могли разместиться рядом."
"– Вначале немного о себе, – сказал Леон таким тоном, будто собирался сказать речь. – Я отслужил четыре срока в федеральной армии, командовал спецподразделениями по борьбе с повстанцами и партизанами.
Работу делал хорошо, получал награды, бонусы к жалованью. Потом… – Леон ненадолго замолчал, словно выключился. – Потом, как будто случайно, встретился с бывшим сокурсником из военного колледжа, он рассказал, что давно ушел из армии и работает на людей, которые ценят его куда выше, чем государство. Я поначалу не понял, решил, он в какую-то мафию подался, но вскоре выяснилось, что нет – к генералу Тильзеру.
