– Ладно, тогда мы пойдем, – сказал Тони, и они с Джимом со скучающим видом двинулись в сторону кабака. Музыка становилась все громче, а за постройками заведения неожиданно обнаружилась просторная автостоянка, куда через отдельные ворота заезжали самые важные гости.
Напарники как раз подходили к дверям, когда на стоянку подъехал такой гость, да не один – с целой сворой охранников. Гость сразу скрылся за углом кабака, за ним поспешили не менее шести человек охраны. Если бы Джим с Тони подошли чуть раньше, они бы узнали в прибывшем Отто Клинсманна.
У входа стоял огромный вышибала, он перекрывал половину дверного проема и даже не думал посторониться, с интересом глядя на двух нетипичных посетителей – судя по потертой одежде, эти юнцы были безработными.
– Вы не заблудились, ханурики? – доброжелательно поинтересовался вышибала, машинально разминая костяшки пальцев.
– Хотим пройти внутрь, – заявил Тони. Несмотря на немалый рост, рядом с этой горой мышц он чувствовал себя соломинкой.
– Это стоит денег, – усмехнулся вышибала.
Джим чуть отступил и незаметно ощупал под курткой пистолет.
– Мы заплатим, – продолжал переговоры Тони.
– Покажи бабки…
– Сколько стоит вход?
– По две сотни с носа, – произнес вышибала, выжидательно глядя на бродяг. Сейчас эти юнцы смутятся, а он даст им, так уж и быть, несильного пинка.
Тони открыл ладонь, и на ней, словно встрепенувшаяся птичка, развернулась ассигнация в пятьсот реалов.
– Это за билеты для нас с приятелем и сотню тебе…
– За что? – спросил пораженный громила.
– За информацию, она ведь тоже денег стоит.
Вышибала взял деньги и, сказав: «Щас», скрылся за бронированной дверью. Не успели напарники забеспокоиться насчет своих денег, как громила вернулся – теперь он был сама любезность. Протягивая два пластиковых жетона, он проговорил:
– Вы, парни, сядьте где-нибудь в уголок и не отсвечивайте, у нас публика крутая, одних ваших кепок хватит, чтобы получить в зубы.
– Спасибо за предупреждение, друг, – искренне поблагодарил Тони.
Напарники проскользнули мимо стража ворот и, пройдя по короткому коридорчику, оказались в зале, где играла негромкая музыка и за стойкой скучал бармен.
В отгороженных кабинках о чем-то вели беседы солидные жулики, на их толстых пальцах поблескивали массивные перстни. На освещенном пятачке, за столом, заставленным фальшивым шампанским и фруктами из театрального реквизита, сидели две девицы и курили в ожидании клиентов.
– Пойдем туда, – сказал Джим.
