– Где?
Тони вяло провел ладонью по лицу и с удивлением на нее уставился.
– И правда кровь… Наверно, я ударился…
– А может, ты выстрелил и компенсатор не сработал? Ты стрелял, Тони?
Обрадовавшись тому, что, как ему показалось, он нашел причину состояния напарника, Джим схватил его КПТ, но датчик показал, что во втором магазине не хватает компенсаторного заряда, значит, выстрел произошел штатно.
– Ты вообще куда стрелял, Тони? – спросил Джим шепотом. Где-то еще ходили кибберы, возможно, один из них сейчас подкрадывался с ближнего фланга.
– А я этого пристрелил, второго…
– Как пристрелил? – не понял Джим.
– Ты выстрелил, а я сам себе думаю… – Тони говорил будто парализованный, его речь звучала не-внятно. – Думаю – сейчас второй шарахнет в Джима и, значит, отвлечется. Поднялся и вижу… он целится…
– Куда?
– В тебя. Вижу, у него уже палец двигаться начинает… Ну, думаю, пора, и дал ему прямо в грудину. Его натрое разорвало.
– Тони, да ты бредишь! – Джим чувствовал, что у него начинается истерика. Напарник выглядел совершенно не способным к передвижению, и, хотя кровь понемногу останавливалась, выглядел Тони ужасно, да еще нес эту чепуху – якобы видел палец киббера.
– Нужно уходить, Тони. – Джим беспомощно огляделся, прикидывая, что предстоит бросить, чтобы тащить друга на себе. Возможно, удастся обмануть кибберов.
– Не суетись… Их нет больше, только двое было…
Окровавленными пальцами Тони наскреб жесткого снега и приложил к носу. В его голосе Джим услышал прежнего Тони.
Все еще недоверчиво он поднялся на ноги, обошел напарника и выглянул из-за ледяного выступа.
На белом фоне очень хорошо были видны яркие пятна – разорванный на три части киббер, оброненная пушка, еще какие-то ошметки, боезапас. Похоже, Тони не бредил.
– Ну хорошо, допустим, – произнес Джим, разговаривая сам с собой. Он вскочил, перебежал на свой фланг и осторожно выглянул. Весь склон был усеян фрагментами окровавленной плоти – самый первый его выстрел оказался верным.
Джим опустился возле стены, скинул с головы капюшон и, собрав немного снега, принялся растирать лицо.
То же самое, но не так энергично делал и Тони, собирая снег и вытирая с лица кровь.
– Оказывается, у меня из ушей тоже кровь шла… – заметил он.
– Да, Тони.
Джим заметил, что бледность у напарника проходит.
– Ты не думай, я уже в порядке… – словно угадав мысли друга, произнес Тони. – Вот только руки страшно болят и еле двигаются.
– Руки?
Джим подскочил к напарнику и начал закатывать рукава его комбинезона.
