Получай он хотя бы доллар за каждого заключенного, который сидел в этом кабинете, клянясь в своей невиновности, давно бы уже выстроил домик на Малибу-Бич и удалился бы на покой.
Грейс продолжала:
– Но… даже если бы я это сделала, не думаю… То есть хочу сказать, что мне здесь не место.
– Совершенно с вами согласен.
Грейс с облегчением вздохнула.
«Слава Богу! Разумный человек! Сумеет во всем разобраться. Убрать меня из этого скотного двора».
– К несчастью, мое начальство придерживается иного мнения. Видите ли, они считают, что обязанность штата – позаботиться о том, чтобы вас не линчевали.
Они опасаются, что ваши сокамерницы могут… ну, скажем, избить вас до смерти ломом или что там еще подвернется под руку. Или удушить простыней. Облить во сне кислотой. Что-то в этом роде.
Грейс побелела. Начальник неумолимо продолжал:
– По какой-то причине мои боссы полагают, что здесь вы находитесь в большей безопасности, чем где бы то ни было. Лично я считаю, что это не так. Но скажите, Грейс, что, по-вашему, мы можем сделать?
Грейс потеряла дар речи.
– Вероятно, если вы действительно пострадаете, они пересмотрят свое решение. Как думаете, такое возможно?
Он смотрел Грейс прямо в глаза. И тут ее осенило.
«Они попытаются убить меня. А ему на это плевать. Он ненавидит меня так же сильно, как все остальные».
– Я перевожу вас в другое крыло. Дадите знать, понравилась ли вам новая камера. А теперь прошу извинить…
Надзиратель увел Грейс.
Новыми сокамерницами Грейс были двухсотфунтовая черная торговка кокаином Кора Баддс и Карен Уиллис, стройная хорошенькая брюнетка лет тридцати.
Надзиратель рассказал Грейс, что Карен застрелила парня своей сестры.
– У обеих пожизненное. Как у тебя. Так что у вас будет уйма времени получше узнать друг друга.
Он ухмыльнулся. Грейс испугалась, что в его словах есть сексуальный подтекст, но не посмела уточнить.
«Я не должна сражаться с тенями. Говорят, что все женщины-заключенные – лесбиянки? Это просто миф!»
Настороженно оглядывая сокамерниц, она забралась на шконку.
«Начальник решил наказать меня. Эти женщины способны на что угодно. Они могут расправиться со мной. Нужно быть осторожнее».
Кора с трудом подняла со шконки свое чудовищно разбухшее тело и уселась рядом с Грейс."
"– Как тебя зовут, милочка?
Он нее несло зубной гнилью и потом. Грейс инстинктивно сжалась.
– Грейс. Меня зовут Грейс.
По какой-то причине Коре это показалось забавным.
– Благодать Господня![12] – прокудахтала она.
