А вот Конни абсолютно иная. Пусть у нее правильные черты лица и подтянутая стройная фигура, но она не более женственна, чем борец сумо.
«Может, именно этого и хотел Ленни? Для разнообразия переспать с роботом?»
Вот уж действительно извращенец!
Дверь открыл Майкл Грей.
– Детектив? Вот так сюрприз!
Митч подумал то же самое, что и другие при встрече с Майклом: «Какой славный, старомодный, порядочный парень!»
– Есть новости о Грейс?
– Ничего конкретного. Имеется несколько версий. Не мог бы я еще раз поговорить с вашей женой?
– Конечно.
Попробую ее найти.
– Не трудись, Майкл, я уже здесь.
В дверях появилась Конни, и Митч решил, что был чересчур резок в своих суждениях. Сегодня эта блондинка в миленьком цветастом платьице выглядела куда привлекательнее, чем в прошлый раз. За ее спиной славный взъерошенный мальчуган сосредоточенно толкал по полу деревянный поезд."
"В раскрытые двери было видно, как другой мальчик, старше и с более темными волосами, упражняется на пианино. Вся сцена словно сошла с литографии девятнадцатого века.
Слишком красиво, чтобы быть правдой?
Конни повела Митча в кабинет. Митч заметил два первых издания Стейнбека в книжном шкафу и то, что выглядело как ранний Кандинский, – на стенной панели орехового дерева. Очевидно, денежные затруднения четы Грей остались позади.
Конни заметила, что он любуется картиной.
– Это подарок.
– Очень щедрый.
– Да, – мило улыбнулась хозяйка, но вдаваться в подробности не стала. – Чем могу помочь, детектив?
Митч решил не ходить вокруг да около:
– Как давно вы и Ленни Брукштайн были любовниками?
Кровь, прилившая к лицу Конни, тут же схлынула.
Кажется, сначала дама решила все отрицать, но поняла, что это бесполезно. Очевидно, детектив все знал, и ложь только обозлила бы его.
– Недолго. Несколько месяцев. Все было кончено еще до Нантакета. До его гибели.
– И кто был инициатором разрыва?
Конни взяла шелковую подушку и вонзила ногти в ткань.
– Ленни.
– Вас это расстроило?
Сосуд на виске Конни заметно пульсировал.
– Немного. В то время. Как легко представить, детектив, я не слишком горжусь этой главой своей жизни. Майкл ни о чем понятия не имеет. Грейс тоже.
«Грейс уже знает».
– Вы солгали полиции насчет ваших отношений.
– Я не лгала. Скрыла. Не видела смысла вытаскивать это на свет. И сейчас не вижу.
Митч подумал о теле Ленни, вернее, о том, что от него осталось после многодневного пребывания в океанской воде.
