Абордажные команды на флагманах увеличены до ста человек. Брали самых отъявленных головорезов, не боящихся ни дьявола морского, ни кровушки человеческой. Естественно, за повышенные «премиальные». На «Тире» сорок штурмовиков и чуть больше абордажников моей флотилии. Кто-то сидит на канатах и травит с приятелями байки; кому-то, чтобы справиться с нервами, требуется лишний раз пройтись точильным камнем по лезвию своего палаша; даже нашлись те, кто заливисто похрапывал, развалившись на полубаке. Вот же нервы!"
"— Ну вот, можно начинать, — удовлетворенно проговорил я.
Линкор противника полностью увяз в бою с юркими пиратскими кораблями, больно бьющими его по бортам. Много горящих, как спички, судов. Магические «зажигалки» — штука эффектная и эффективная. Стоит только разгореться — не потушишь. Не зря к чародеям в гости съездил. За хорошие деньги они мне «греческого огня» столько сделали, что хватило два брандера начинить. Жаль, не удалось «Ярость морей» накрыть, как и адмиральский флагман. Успел увернуться с малыми потерями.
— Передай приказ: атака! — не глядя на Паскаля, бросил я.
Загудели боцманские дудки, вздрогнула палуба «Тиры». Я сочувствовал сейчас Ритольфу. Даже не представляю, как можно в одиночку управлять четверкой мощных гравитонов. Это вам не простенькие кристаллы, которые продаются на торговой бирже для купеческих кораблей, а серьезная энергетическая установка, позволяющая поднимать в небо махины боевых судов. И не просто поднимать, а еще и держаться в воздухе, преодолевая земное притяжение.
Цели были распределены заранее, поэтому Китолов и Дикий Кот сразу направили свои флагманы к первому и второму галеонам, предпринимающим попытки выйти из клещей, охвативших караван. Я же не стал опускать «Тиру» на воду. Мои парни натренированы на захват иным способом. Штурмовики первыми десантировались на палубу «Фенсера» — так назывался «наш» галеон — и вызвали шок у команды «золотого» корабля. Абордажники с дикими воплями отпускали веревки и прыгали на палубу, умудряясь сразу вступать в бой.
Часть команды выстроилась вдоль борта и сверху старалась подавить ружейным огнем очаги сопротивления.
На палубе шла резня. Мои парни в пылу боя не щадили никого, прорубаясь к трюмам. Капитанский мостик окружили аркебузиры и отстреливались, пока их не поглотила орущая толпа пиратов. До меня доносился звон железа, крики ярости и боли, а я молча созерцал сверху эту кровавую свалку. Как командор, как организатор этого нападения.
