— Заявился, господин командор, — язвительно произнес Крот. Кажется, я вовремя. Еще не пьян. — С проверкой! Сразу говорю: у меня с цифрами порядок! Экипажи обеспечены полностью для охотничьих рейдов.
Я молча взял верхнюю тетрадь и полистал ее, сосредоточившись на последних страницах. Почерк Крота, на удивление, был каллиграфическим. Ровные колонки цифр, дебет и кредит, в конце каждой страницы приписки: что, кому и куда.
— Вижу, работаешь в поте лица, — усмехнулся я. — Не устал?
— Скучно, — квартирмейстер все же убрал ноги со стола.
— Вот был сильный и жестокий человек, державший в кулаке всю эту братию. А теперь? Зачем понадобилось убивать Плясуна? Одержимость властью? Или самолюбование своими возможностями? Лично я бы не полез в эту клоаку ни за какие деньги. Пусть другие дерьмо глотают полными ложками. Оно тебе надо, Игнат?
— Уже знаешь мое имя? — я положил тетрадь на место.
— Слухи быстро расходятся, — усмехнулся Крот и отхлебнул из бутылки. — С утра здесь такое столпотворение было, все торопились забить свои трюмы.
— Почему? — удивился я.
— Опасаются раскола, — пояснил квартирмейстер. — Как только штандарт Эскобето появился в гавани Рачьего, поползли разговоры, что он подчинит себе всю флотилию Плясуна.
— Чушь полная, — отрезал я. — Флотилия моя, и Эскобето здесь исключительно из-за поддержки. Но свою власть, добытую честным железом, никому не отдам. Можешь так и говорить всем.
— Не все довольны, — Крот поднялся. Он довольно крупным мужчиной, но имел один дефект при своей массивности: сильную хромоту на левую ногу.
А еще при ходьбе квартирмейстер подволакивал ее, что вызывало неприятные ощущения, судя по страдальческим морщинам вокруг рта. — Кто-то считает, что ты убил Плясуна из-за девки.
— А три отрезанные башки, которые я преподнес в подарок командору? — возразил я. — Меня пришли убивать, но не рассчитали свои силы.
— Шур был тем еще ублюдком, — согласился со мной Крот, плотно закрывая дверь в свою лачугу. — Я даже рад, что он теперь Кракену мозги полощет. Но тебе придется очень постараться, чтобы доказать вольным братьям, ради чего ты взошел на командорский мостик.
— Докажу. Я к тебе по какому поводу… Сколько у тебя бочонков рома в заначке?"
"— Э…, - Крот оторопело почесал затылок. — Восемьдесят два бочонка по тридцать ведер в каждом. Но это запас на летние рейды. А что ты хочешь?
— Нужно выделить по пять бочонков на каждое судно, — я заметил, как вытаращил глаза Крот. — Пусть проводят в последний путь славного Плясуна.
