Столько лет не знаться… У каждого гордость взыграла.
Много лет назад, выгнав Егора из своего дома, Панкрат был уверен, что сделал одолжение ему – сохранил жизнь. В тот злополучный день, когда он застал Марфу и Егора обнимающимися, на глаза мгновенно опустилась пелена. Панкрат был похож на дикого зверя, рычащего на соперника, отобравшего добычу. Драка была знатной. Панкрат чуть ли не все кости пересчитал Егору. Марфа пряталась от мужа за сараем, опасаясь за свою внешность. Муж пообещал исполосовать вдоль и поперек, потому что не поверил ее оправданиям.
– Он сам ко мне пристал! Я его не звала! – прошмыгнув мимо разгневанного Панкрата, молоденькая Марфа рванула в самый конец двора."
"«Поупражнявшись» как следует над братом, Панкрат отправил его восвояси и чуть ли не проклял, крича вслед угрозы: если тот еще раз попадется Панкрату на глаза, то будет возвращен родителям в виде отбивной. Вот и сегодня Панкрат не успел выкурить папиросу, прохаживаясь с конем по полю за сараями, как увидел чужака, прошмыгнувшего в хату.
Недоброе почуял мужик. Привязал скакуна к невысокому столбику, вкопанному в землю, и поспешил к дому. И вот случилась такая оказия – Панкрат ворвался внутрь и увидел, как Марфа вытирает слезы, а тот стоит рядом и держит ее за руку. Ревность разбушевалась. Не слушая брата и жену, мужик выволок Егора на улицу и начал мутузить изо всех сил. В это время вернулся Степан. Он пытался оттащить отца, испугавшись за дядю, но отец развернулся и вдарил.
– Бать, а как это? – Галина до сих пор рассматривала незнакомца, сидящего на земле.
– Что, как? – выбросив окурок, Панкрат поднялся на ноги.
– Кто это? Родственник?
– Близнец, чтоб его перекосило.
– Брат, – несмело добавил Степан. – Дядя Егор.
Галя не знала, что у Панкрата есть брат. Нет, слышала, что много родни умерло, но о близнеце никто не рассказывал.
Ей было неловко видеть одинаковых мужиков. Медленно войдя в хату, она наткнулась на свекровь, подсматривающую за ними.
– Чего они там? Успокоились? – с хрипотцой спросила женщина.
– Да-а, – протяжно ответила Галя и набрала воды из ведра.
– Слава тебе Господи. Может, помирятся…
– А почему поссорились? Они же братья… – сев на лавку у печи, Галя вытаращилась на свекровь.
– А тебе какое дело? Не суй свой нос, куда не просят, – съязвила Марфа.
Дверь открылась, и обе повернули головы на входящего Панкрата.
– Собирай на стол, – сказал он жене. – Черт с ним, выпьем, поговорим, а там видно будет. Что душа подскажет, то и порешаю.
