Перед мысленным взором мгновенно промелькнул образ университетской королевы, необъяснимым образом оказавшейся в доме Исаи Гленна. Что с ней случилось?
Дознаватель переступил порог и цепким взглядом окинул кухню. Присмотрелся к кругу с черным ореолом на полу, потом к учебникам по артефакторике на кухонном столе, открытым как раз на главах о магических воротах.
– Изучаете перемещения? – изогнул брови он.
– У меня курсовой проект, – пожала я плечами и указала на диван перед остывшим камином: – Присаживайтесь, господа.
Позвольте заварить вам имбирного чая? В такую погоду…
– Не стоит, – отказался дознаватель и лишил меня единственной возможности потянуть время, чтобы вернуть самообладание.
– Хорошо.
Усаживаясь на краешек отцовского клетчатого кресла с высокой спинкой, я следила за тем, как грозный визитер внимательно разглядывал наш семейный портрет. Его молоденький спутник, по виду вчерашний адепт боевой академии, развалился на диване и вальяжно закинул ногу на ногу, явно чувствуя себя в гостях как дома.
Было бы неплохо, если бы еще и разулся, как дома, а не топтал грязнющими сапогами натертый до блеска дубовый пол.
– Скажите, госпожа Уварова, в университетах теперь изучают принцип действия магических ворот? – стоя точно на выжженном круге, спросил дознаватель. Внимательный взгляд переместился с семейного портрета на мое лицо.
– В этом можно разобраться? – моментально вклинился молоденький страж, демонстрируя ложное восхищение.
Я слабо улыбнулась:
– Кто-то же их создал.
Эти двое явно разыгрывали спектакль на тему «хороший и плохой страж», а мне оставалось изображать фальшивое смущение, чтобы выглядеть недалекой финтифлюшкой, каковой летом на допросе я и была в глазах господина дознавателя.
Однако шестое чувство подсказывало, что сейчас противник знал обо мне гораздо больше, чем при первой встрече, и образ полной тупицы его вряд ли обманет.
– Госпожа Уварова считается исключительно талантливым артефактором. – Он одарил меня крокодильей улыбкой, подтверждая самые паршивые опасения.
– Так ведь?
– Я в университете на неплохом счету, – уклончиво отозвалась я, боясь сказать лишнее слово.
– Не прибедняйтесь, – поцокал он языком. – Знаю, что за вашими учебными проектами фабриканты уже становятся в очередь. Вы ведь не получаете ни медяка с прибыли?"
"– Все артефакты адептов, созданные во время учебы, принадлежат университету, – повторила я строчку из соглашения о неразглашении, которое вынуждали подписывать всех артефакторов и алхимиков.
