– Какому еще парню? – мгновенно ощетинился Тин и повернулся ко мне: – И давно у тебя появился… парень?
Упрек в тоне обескураживал. Я открыла рот, не зная, что ответить, но Клара пропела:
– Оказывается, давно.
– Почему я ничего никогда о нем не слышал? – Теперь голос Озерова зазвенел от возмущения.
– Потому что ты мне друг, а не подружка!
– Ты должна нас познакомить, – произнесла Кларисса. – Давайте встретимся вчетвером. Что скажешь, Валентин?
Он ничего не хотел говорить, буравил меня нехорошим взглядом, словно я совершила преступление.
На лице ходили желваки.
– У тебя правда есть с кем-то отношения, Лерой?
– Не с кем-то, а с мужчиной. Не понимаю, что тебя удивляет.
– Как его зовут?
Перед мысленным взором вдруг появились глаза стального цвета и тонкое колечко в нижней губе. С момента скольжения прошла всего пара седмиц, но мне уже не удавалось четко вспомнить лица Роя, словно мы встретились в давнем, полузабытом сне.
– Его зовут Роман, – назвала я имя абрисского ведуна на теветский манер.
Ему без разницы, что я наплела друзьям, а мне врать проще, представляя перед глазами реального человека.
– Он из Кромвеля?
– Нет… Мы живем в разных городах.
– Сколько ему лет?
– Двадцать четыре.
– Он обладает Истинным светом?
– Его магия… несколько другой природы, – нашлась я и добавила, совершенно искренне рассердившись: – Клянусь, Тин, я не понимаю, почему все еще отвечаю на твои вопросы.
Раздраженно взмахнув рукой, я заставила портьеру скрыть меня от пристального взгляда лучшего друга.
Непроницаемое полотно стремительно распрямилось, словно занавес на театральной сцене.
Вечером в мои двери постучались. Посыльный привез большую коробку, перевязанную нежно-розовой лентой. Когда я распутала пышный бант и сняла крышку, под хрусткой бумагой обнаружила аккуратно сложенный белый кружевной наряд с ярлычком известной портняжной лавки. Сверху лежала чистая карточка. Стоило взять ее в руки, как кончики пальцев закололо, и по плотной бумаге замельтешила искра, выжигавшая написанную знакомым летящим почерком строку: «Принарядись для своего парня».
Валентин намекал, что не верил, будто у меня завязались отношения с другим мужчиной.
– Жестокий идиот, – с раздражением я отшвырнула карточку и вернула крышку на коробку.
Ирония заключалась в том, что Рой действительно существовал, дышал, творил магию. С одной оговоркой – он жил в параллельном мире.
* * *"
"Вокзальная площадь галдела и суетилась.
