Похоже, даже правду.
– Люди, которые обыскивали дом Роя, упоминали в разговоре Сердце Абриса, – в свою очередь призналась я. – Они сказали, что Сердце едва теплится и ты ищешь двуликого. Почему в Тевете не знают об этой руне, если она такая важная?
– Поэтому и не знают. – Кайден снисходительно улыбнулся. – Абрис скрытен, когда дело касается колдовства. Сердце – это идеальное сочетание семи основных ключей. Считается, что именно этот знак является источником силы. Старые гримуары утверждают, что если руна погаснет, то ключи начнут отмирать, и в конце концов наш мир лишится магии.
– Совсем?"
"– Должно быть. Правда в том, что она гаснет не в первый и, думаю, не в последний раз. – Он выглядел на удивление спокойным для человека, только что объявившего, что их мир, возможно, ждет конец света. – Но если ключи начнут отмирать, то когда? Через месяц, десять лет, через поколение? Когда именно наш мир лишится магии? Походит на бред сивой кобылы, но гримуары молчат, а неизвестность вселяет в людей страх, поэтому старейшины дергаются.
– Как ее пробуждают, вашу руну? Если я прикоснусь к твоей спине, то она вспыхнет?
Некоторое время Кайден молчал. Видимо, ему отчаянно не хотелось рассказывать о том, какая судьба поджидала несчастного, научившегося зажигать темные руны.
– Сердце Абриса – это не то, к чему можно прикоснуться. Она не похожа на руны перемещения, холода или света. Знак на спине вспыхнул только один раз, когда его нанесли. – Он старался избегать моего взгляда. – Чтобы зажечь Сердце, проводят ритуал.
Двуликому наносят семь ключей, один за другим, и они постепенно, капля за каплей, иссушают его.
– После ритуала возможно выжить?
– Если не повезет.
– Остаться в живых ты считаешь невезением?
– Ты сможешь жить калекой без капли магического света? Понимать как, но не иметь возможности создавать артефакты? Да что там артефакты, не иметь возможности просто зажечь световую руну в доме.
– Нет, – отозвалась без раздумий.
Он кивнул: вот тебе и ответ.
В комнате повисло тяжелое молчание, и когда пауза стала невыносимой, Кайден усмехнулся:
– Черт возьми, ты была права, когда говорила, что вести серьезные разговоры за едой – отвратительная привычка. Напрочь отбивает аппетит.
Кай отодвинул тарелку и поднялся из-за стола, тем самым давая понять, что сыт серьезными разговорами по самое горло. Присев рядом с печкой, он открыл заслонку и разворошил кочергой угли, чуть отстранившись, когда в лицо пахнуло жаром.
