Гуров почувствовал, что вот-вот потеряет равновесие и в обнимку с учителем полетит на пол.
Тут же, словно по волшебству, пришла помощь. Мгновенно появившийся рядом Стас перехватил у Гурова левую часть навалившегося на него тела. Получив поддержку, Гуров занялся правой половиной туловища физрука. Изловчившись, Крячко отбросил ногой в сторону мешавший стул. Распределив усилия поровну, сыщики аккуратно опустили мощную фигуру физрука на пол лицом вверх. Присоединившийся Дроздов, отпихнув коллег, присел на одно колено, приложил руку к шее Геннадия.
– Переворачиваем! – приказал Дроздов. – Быстро!
И вовремя, надо сказать, отдал приказ. Втроем сыщикам и судмедэксперту удалось перекатить Геннадия сначала на бок, а потом и на живот.
– Здоровый какой, – прокряхтел Стас."
"– Надо его как-то заставить сесть, надо приподнять как-то, господи… – обескураженно забормотал Дроздов и с силой принялся колотить ладонью по плечу физрука. – Поднимайся, друг. Поднимайся! Слышишь меня? Нет, не слышит.
Поднимайся!
– Да не помогут твои действия, – оборвал его Стас. – Ну? Взяли!
Гуров и Крячко попытались приподнять Геннадия с пола, но успехом попытка не увенчалась – уж слишком могучим тот был. Но приложенных усилий хватило для того, чтобы Дроздов успел подсунуть под грудь физрука оставленную кем‐то на полу диванную подушку. Следующим быстрым движением он приподнял голову Геннадия за подбородок – и того тут же мощно стошнило на пол.
Гуров взмок так, как никогда прежде. Он рывком стащил с себя пиджак, отбросил его на подоконник и шагнул к вентилятору.
Нажав кнопку пуска, развернул гудящее чудо в сторону сидящего на полу судмедэксперта.
Приступ рвоты был непродолжительным и привел физрука в чувство. Подобравшись, вскинул голову и растерянным взглядом посмотрел на Дроздова, стоявшего ближе остальных. Осознав эксклюзивность своего положения, физрук тотчас уперся руками в пол и, отпрянув, попытался рывком подняться на ноги.
– Не так быстро, – озабоченно проговорил Дроздов, придерживая его за плечо.
– Не так быстро!
Стас и Гуров сразу же пришли Геннадию на помощь, ибо стало понятно, что стоять на коленях перед лужей собственной блевотины никто бы не стал. Ему помогли принять вертикальное положение, а Стас подставил многострадальный стул, на который Геннадий хоть и с неохотой, но все же уселся.
Дроздов, с усилием поднявшись на ноги, всмотрелся в лицо физрука.
– Как себя чувствуете? – деловито спросил он.
